Из поэтической почты/ЛИТО

Не сон и не грёзы

 

Галина МИКРЮКОВА

 

БЕЗ ВОПРОСОВ

 

Представить хочется всё то,

Что я не видела, не знала:

Весну в залатанном пальто,

Перрон забытого вокзала.

Здесь не ночуют поезда,

А, лишь споткнувшись на минутку,

Бегут туда, туда, туда,

Где бой отчаянный и жуткий.

Он тем весомей, чем быстрей,

Спешат из тыла, как награда,

Продукты, письма матерей

И танки, пушки и снаряды…

Составы мчат – не ведом страх,

Уверенно стучат колёса:

– Победу держим мы в руках,

Ещё рывок! И нет вопросов!

 

УШЕДШИМ ПОЭТАМ

 

Уходят поэты

Порою внезапно,

Откуда дороги

Нет больше обратно…

 

И лишь остаются

Светлы и высоки

Заветные мысли –

Уложены в строки.

 

Мы их прочитаем,

Нам будет понятно,

Что вас волновало,

Что было приятно…

 

О чем вы мечтали?

А коль не допели,

Продолжим всё то,

Что вы не успели.

 

Мы, взяв эстафету,

Пойдём с нею дальше,

Строку представляя

Без лжи и без фальши.

 

* * *

А.Р. Микрюкову

 

Листаю, опять листаю,

Страницы любви листаю –

На сорок седьмой странице

Оборвалась любовь…

И кружат вороньи стаи,

Над горем моим летают,

Назойливостью пытают:

Смогу ли подняться вновь?

 

Да что же это такое?

Ну нет больше сил под рукою

И слёзы текут рекою,

И жить я не знаю как…

И нет на душе покоя –

Забрал ты его с собою…

Как справиться с пыткой такою?

О, Боже, подай мне знак!

 

Наверное, Бог услышал –

Незримо на помощь вышел,

Сказала себе: – Потише!

Не мучай его, отпусти…

А ты, ты должна порукой

Быть детям своим и внукам,

И правнукам всем наукой!

Иного не будет пути!

 

* * *

Вера, Надежда, Любовь –

Кровные сёстры,

Нужды людские без слов

Чувствуют остро.

 

Вера, Надежда, Любовь

Ходят по краю,

Бранных не слушают слов –

В путь наставляют.

 

Вера в окошко стучит,

Лечит Надежда,

Рядом Любовь, но молчит –

Ждёт, как и прежде.

 

Павшим во имя Христа,

Ныне и присно,

Дадена доброта

Высшего смысла:

 

Свет в темноту нести,

Чтоб человекам

Стало бы легче в пути

На взлёте века.

 

Я вопрошаю вновь

С Верой, как прежде,

Не уходи, Любовь!

Не покидай, Надежда!

 

 

Марина КОЧЕРГИНА

 

КОСТЁР

 

Змеится пламя от костра,

Вздымая искры в небо ночи,

И, словно на семи ветрах,

От нас умчаться к звездам хочет.

 

Стремится трепетно к тому,

Чьи искры ярки и алмазны,

Льют ровный свет, пронзая тьму,

И в призрачном дыму не гаснут.

 

АПРЕЛЬСКИЕ ЗВЁЗДЫ

 

Дарит юное лето

Чудный запах сирени,

Нежность лунного света,

Соловьиные трели.

 

Каждый год в эту пору

Вспоминаются снова

Наши встречи и зори

Возле рощи ольховой.

 

А в душе, словно вёсны,

Песнь поют без печали.

И апрельские звёзды

Что нам свадьбу играли.

 

АЛТАРЬ ЗНАНИЙ

 

Поклоннику знаний мученье –

Блуждать по канонам религий,

Скитаться в ущельях учений,

Запутанных и многоликих.

 

Познанья Алтарь – вся природа:

Души человека глубины,

Божественность утренней розы

И горных утёсов стремнины.

 

Любовь, милосердие рядом,

Открытому сердцу – сотрудник,

Искателю высшего – радость,

И лестница к истине мудрым.

 

 

Олег ОГЛЕЗНЕВ

 

ВИЗИТ

 

Стираю подошвы о коврик,

Лежащий под дверью входной.

И стуком пространство наполнив,

Кулак мой, как позывной.

 

Откройте засовы, засони,

Протрите портретам глаза,

На вашем открытом балконе

Живёт круглый год стрекоза.

 

А в ваших, не чёсаных космах,

Гнездятся не райские птицы.

И смотрят незлобно, но косо

Из окон соседские лица.

 

На крошках вчерашнего хлеба,

Над лужей вчерашней сивухи,

Справляют последнюю требу

Клопы, тараканы и мухи.

 

В бутылках зелёного цвета

Забрезжил зелёный рассвет.

Стучу, но не слышу ответа,

Проснитесь, к вам в гости – поэт.

 

Забросил я невод авоськи

В бушующий смрад гастронома

И выловил яблочек польских,

Селёдку и хлеба ржаного.

 

И в праздничном этом наборе

В обнимку с душистой селёдкой,

Лежит, колыхаясь, не споря,

Бутылка заждавшейся водки.

 

Ни лязга, ни скрипа, ни вздоха.

Полез к стрекозе на балкон,

А там – пучеглазая сдохла, –

Для них в октябре не сезон.

 

Откройте, откройте, заразы,

Так праздника просит душа…

Проснулись, открыли не сразу,

Я б даже сказал – не спеша.

 

Пусть был я к вам в гости не прошен,

Ни в письмах, ни в знаках, ни вслух.

Смахнули с остатками крошек

Клопов, тараканов и мух.

 

Накрыли, чем было застолье,

Разлили, что было в стаканы,

Мы вспомнили время застоя,

Пока ещё были не пьяны.

 

Мы плакали, пели, кричали,

Читали друг другу стихи…

И не было в этом печали,

А были надежды штрихи.

 

ЧУЖАЯ ВОЙНА

 

На чужой войне

Тяжелей вдвойне.

Ты не свой для всех,

Так и есть.

Белый свет в огне,

Тот огонь во мне,

А ещё во мне –

Дом и честь.

 

Я спасал дружка,

Прости матушка.

У него жена,

Дочь и сын.

А моя башка –

По цене горшка,

Таких дюжина –

За алтын.

 

Метким выстрелом

Пулю выслали,

Прямо в чёлочку,

В белый лоб.

Думы с мыслями

Кровью прыснули

И в светёлочке

Вырос гроб.

 

Страшной тайною

Цинк запаянный.

– Ты прости меня, –

Плачет мать.

И отчаянно,

Неприкаянно

Продолжает

Гроб обнимать.

 

Горе-горюшко

Ветром с полюшка

Принесла нам

Чужая война.

Сын мой Колюшка,

Что же долюшка

Нашим деточкам

Припасена?!

 

Я спасал дружка,

Прости матушка.

У него жена,

Дочь и сын.

А моя башка –

По цене горшка,

Таких дюжина –

За алтын.

 

НЕИЗБЕЖНОСТЬ

 

Худые ветви молодой берёзки

Сплелись в узор на фоне фонаря,

И жёлтых листьев жалкие обноски

Ещё полощутся от ветра октября.

 

Они прощаются, и это неизбежно.

Вот с тонкой хилой веточки листок

Сорвался ветром, нагло и небрежно,

И полетел примерно на восток.

 

А надо бы лететь на юг, как птицы,

Красивым разноцветным косяком,

И по весне обратно возвратиться,

И забавляться с тёплым ветерком.

 

И распускаться в свете фонаря

Большим, красивым шариком зелёным…

Срывает ветер листья октября,

Быть в ноябре деревьям оголённым.

 

 

Ольга АШИХМИНА

 

* * *

За стеклом беспросветная снега агония
Хлопья сыплют с небес, растворяясь в ручьях.
На окне распушилась листвой пеларгония,
Подоконник с рассадой деля на паях.
Скудно солнечный луч из-за туч пробивается,
Будто тёплый запас он истратил с лихвой.
И душа – то ли спит, то ль бессонницей мается
Неуклюже в тиши примостясь на покой.

Но таинственно так в недрах солнцестояния
Миг за мигом всё явственнее – весна.
Опьянит, закружит, и от ожидания
Не оставит и призрачного следа…

 

* * *

Камушки падают в реку,
Теченье уносит их в даль.
И где-то в песок разбивает,
Не оставив и камня на камне.
Время стекает с луны,
И растворяет печаль,
Но нервно касаясь души,
Напоминает о давнем.
Слово, как старая вязь,
Переплетает века.
Образом странным своим
То ранит, то лечит.
Фраза срывается с губ,
То тяжела, то легка,
И никогда не поймешь –
Спасёт или покалечит.
Исповедь перед сном,
Возможно с иконой в лад,
А чаще в подушку –
Так привычней и солоней.
Утро расставит на место
Без суеты всё подряд –
Просто в пространстве виток
Для сбора мельчайших камней.

 

* * *

Бродит осень в переулках
В городке провинциальном,
Красит снова желтым, красным
Каждый трепетный листок.

Там под рыжею рябиной
Губы нежно целовали
Непослушный, из-под шарфа,
Тёмнорусый завиток.
Там, в той осени далёкой,
Звёзды падая мерцали,
И листвы опавшей ворох
Золотым играл огнём.
И ладони сеткой линий
Предрекли судьбу едва ли,
Просто небо отчего-то
Часто плакало дождём.
Бродит осень в переулках,
Заплутавшись на полжизни,
Но для истины вселенской
Это всё-таки не срок.
Только в памяти осенней
Пульсом тоненькая жилка,
Там, где выбился из шарфа
Поседевший завиток.

 

* * *

Топят баню. Дым из печки
Растворяясь в поднебесье
Тает, тает, улетает…
Хвойным веником сметают
Снег на низеньком крылечке.
Словно взбитая перина
Пух кристальный у тропинки.
Минус десять не преграда…
А душа, как будто рада,
Иль хитрит наполовину?
Растереть снежками тело
Испытанье не для слабых,
Но игривое отчасти…
Глянь, уже встречает чайник
На плите кипеньем белым.
Чистотою дом сверкает,
Ванилином пахнет сдоба,
И немного разморило…
У мужчин по кружкам пиво,

И беседа не смолкает.

Банный день!

 

 

Сергей ВОСТРОКНУТОВ

СПОЛОХИ В НОЧИ

Оттого ли, что житейской гадости
бурю и за вечность не унять,
Я лучами даже малой радости
сердце научился согревать!

Приводя к душевному затмению,
Мерзкими соблазнами греша,
Видеть счастье внутреннему зрению
и глаза способны помешать.

Что когда-то Еве и Адаму
сам Господь на истину закрыл…
Только кто сегодня змей тот самый,
Что людей российских искусил?

Сколько развелось у нас маньяков,
От которых мир страшнее стал,
Сколько стало однополых браков,
Разве Бог такое даровал?!

Сам себе в минуты размышления
говорю без грусти я порой:
«Не беда, что не имею зрения!
Главное! Смотрю на мир душой!

И не мерзость вижу обнажённую,
А цвета искусно свитых фраз,
Да в заветных песнях отражённую
красоту лугов и чудных глаз!»
О НАСУЩНОМ

Остывши сердцами, забыли
мы всуе, как прежде не раз
малейшее счастье ценили,
И солнцу и снегу смеясь.

Сегодня нам хочется зноя,
Лишь вьюги работу начнут.
И часто в минуты покоя
гнетёт нас привычный уют.

Зимой вспоминаем о лете,
А летом ругаем жару.
И вовсе не ценим на свете
того, кто нам искренний друг.

Увы, недовольства, невзгоды
заполнили в сущности мир.
На сплетни утрачены годы,
А лучше ценить каждый миг.

И тем дорожить, наслаждаться,
Что Бог нам сейчас даровал.
Того не обидеть стараться,
Кто нас не однажды спасал.

Ведь счастье не сон, и не грёзы,
Его мы построить вольны,
Приветствуя даже морозы,
Любя и друзей, и родных.

СВЕТЛЫЙ АНГЕЛ

С давних лет, где бы я ни ходил,
И куда бы мой путь ни лежал,
Светлый ангел меня хранил,
Светлый ангел всегда спасал.

Я врагам никогда не мстил,
Но всегда отомщён бывал
и, порой погибая в пути,
Не однажды из мёртвых восстал.

Светлый ангел и в стужу, и в зной
за спиной у меня стоит…
Помню время, когда надо мной
потешался один атеист.

Он в былую эпоху вкушал
мёд безбожных и дерзких идей,
Но навек наказанию внял,
Схоронив и жену, и детей…

Если горькая участь твоя
испытанием стала в пути –
Это ангел на миг от тебя
в наказанье решил отойти.

Он далёко рыдает порой,
Призывая покаяться вновь…
Испокон в этой жизни земной
нам по вере спасенье дано.

Людмила ШЕСТАКОВА

 

* * *

Русановой Е.С.

 

БАБУСИН ОГОНЁК

 

Не года, а жизнь дугой согнула,

Подвязала ситцевый платок,

Но в глазах отцветших не задула

Молодой, задорный огонёк.

Не к нему ли так спешат внучата?

И не в нём ли долгих лет секрет?

Вспомнились игривые котята,

Печки жар, бесхитростный обед.

Всё сплелось в тебе: и быль, и небыль,

Сказки, песни – в книге не найти.

Верно, без бабуси, как без хлеба,

Вот зашла – и не могу уйти.

Щедрая – гостям случайным рада.

Мудрая – нам охраняла честь.

Серебристые пригляжу пряди,

Хорошо, что у меня ты есть.

Человек живёт пока он может

Всем, как солнышко, светить и греть

Огоньком души и сердца. Что же

Для тебя, родимая, напеть?

 

КРАСНОЕ ЛЕТО РЯБИНЫ

 

Не то обидно, что проходишь мимо.

А то, что, морщась: «Горько!» – говоришь.

Сам удивляешься огню без дыма,

Но губы недоверчиво кривишь.

 

Неприхотливо я расту за тыном.

Непривередливо для всех горю.

Дарю вам лето красное, рябины,

А горечь – заморозкам подарю.

 

ДВЕ МАТЕРИ

 

У меня две матери родные.

Благодарно голову склоню.

Им приглажу волосы седые,

Что познали мир через войну.

 

Ах, Россия, в хлебном сарафане!

По дороге праведной несёшь

Ты звезду всем видную в тумане.

За собой! Куда нас приведёшь?

 

На земле есть родинка-малютка,

Где я маме по весне дарю

Нежно-голубые незабудки;

За рождение благодарю.