Курс Ирина

ПРОЗА НОВОЙ РОССИИ

 

Прежде чем начать рассказ о новых книгах, я хочу поздравить вас с тем, что Ижевск стал культурной

столицей Поволжья — 2004. Это позволяет надеяться на то, что жизнь в нашем городе станет интереснее, полнее разнообразными событиями, в том числе и литературными.

24 января, после открытия «культурной столицы», в Ижевске прошла «книжная ночь»: организаторы ее — передающие эстафету «культуры» нижегородцы — привезли к нам российских писателей, поэтов, издателей. Однако информация об этой акции появилась буквально накануне и в достаточно узких кругах. В результате многие из тех, кому всё это могло быть интересно, либо остались в неведении, либо, что еще печальнее, просто не были допущены в кинотеатр «Дружба», где в начале мероприятия присутствовали государственные деятели, и вышколенная охрана пропускала строго по билетикам с печатью, распространенным в учреждениях культуры. После отбытия высоких гостей вход стал свободным — но кто ж об этом знал!

Поскольку наверняка и большинство читателей журнала оказались не информированными, сообщим, хотя и с опозданием, о том, что они пропустили (не все, конечно).

Итак, началось всё со встречи в «некрасовке» — городской библиотеке имени Н.А.Некрасова. Именно там состоялся обстоятельный разговор с Людмилой Петрушевской. Творческая манера писательницы, на мой взгляд, весьма жестка — этакий честный и критический взгляд на реальность. Мне даже казалось, что трагическое восприятие мира должно непременно отразиться на личности автора (или наоборот, трагическая личность автора отразилась в творчестве). На деле же Людмила Стефановна оказалась человеком приятным в общении, остроумным и, если так можно выразиться, вполне адекватным. Правда, мне лично удалось пообщаться с писательницей, более всего ценящей собственный стиль и боящейся подражательности (этим во многом и объясняется частая смена жанров в ее творчестве) только в кинотеатре «Дружба», где «первым номером программы» явилось «открытие литературного проекта “Актуальная российская словесность” с участием ведущих российских литераторов и издателей интеллектуальной литературы» — именно так было написано в билете. Там же была заявлена подиумная дискуссия «География литературы» — о современном состоянии российской литературы, книгоиздательского дела, распространении книг в регионах, книгопотреблении и чтении.

К сожалению, дискуссии не получилось. Гости столицы Удмуртии рассказали о своих проблемах с подиума, а вопросы из зала, кажется, уже и не предусматривались. Когда кто-то из аудитории (выразив, уверена, общее мнение зала) назвал основной причиной, по которой книги с трудом доходят до читателя, высокую их цену и напомнил о том, что в ХIХ веке подобная проблема была решена серией дешевых, «народных» изданий — пусть на худшей бумаге, для прочтения «на раз», но доступной широкому кругу, — ведущий «дискуссии» Александр Архангельский (а также, напомним, и ведущий программы «Тем временем» на телеканале «Культура») ответствовал, что это не книги дорогие, а мы мало зарабатываем. Ответ, увы, не конструктивный. А вывод можно сделать только один: покупать больше книг мы едва ли сможем. Но хотя бы в библиотеках они должны быть, чтобы наше «читающее население» совсем уж не оторвалось от литературного процесса!

К слову, хочется вспомнить о проекте «Центры чтения», разрабатываемом в Национальной библиотеке УР. Предполагается организовывать такие центры в библиотеках, обеспечивать их качественной литературой, уделяя особое внимание формированию читательского вкуса, культуры чтения и т. д. Понятно, что здесь тоже многое упирается в финансовую проблему, и хочется верить, что среди успешных людей нашей республики найдутся те, для кого станет делом чести помощь таким центрам. А это поможет отвлечь подростков от бездумного времяпрепровождения (а также алкоголя и наркотиков), уберечь от немотивированной агрессии, которая становится бичом нашего времени, позволит людям с ограниченными физическими и финансовыми возможностями найти свой круг интересов и духовного общения. Думается, положительный эффект может быть весьма значительным. Теперь дело за меценатами. Может быть, уже настало время новых бахрушиных и мамонтовых? Ау, где вы? А сотрудники библиотек республики приложат всё свое умение, чтобы к высокой духовности русской литературы, долгое время являвшейся ее «визитной карточкой», смог прикоснуться каждый.

Но вернемся к «книжной ночи». Особенно интересными оказались встречи (повторюсь) с Людмилой Петрушевской, Вячеславом Курицыным (должна признаться, что его литературное творчество, с которым мне довелось быть знакомой, не сделало меня его поклонницей, однако в качестве литературного критика и одного из ведущих теоретиков постмодернизма он меня очень интересовал) и — открытие! — молодым поэтом Дмитрием Воденниковым.

Встреча с Вячеславом Курицыным и представлявшей его PR-директором питерского издательства «Амфора» проходила в литературном клубе «Ча-Ща» (книжный магазин, что наискосок от «блинки»). В зале, как говорится, яблоку некуда было упасть. Автор прочитал рассказ, в котором полностью отсутствовали нецензурные выражения (от которых у многих удовольствие от чтения сходит почти на нет), а потому вполне неплохой. Было ясно, что писатель уже наигрался во всякого рода «течения», и теперь, как и сам признался, пишет как пишется, не думая, куда это «впишется». (Значит, я лично буду продолжать читать его творения — мне это интересно.)

С этой встречи (уже около десяти вечера) народ бросился на следующие — в магазины «Инвис» (оба на улице Горького). В одном читателей ждал поэт Михаил Рубинштейн, в другом — поэты Михаил Айзенберг и Дмитрий Воденников. Кажется, посетители были достаточно единодушны — молодой поэт затмил «мэтров», хотя в качестве поэзии последних никто не сомневается. Дмитрий Воденников поразил собравшихся еще на мероприятии в «Дружбе» — искренностью и нежеланием «играть по правилам». На творческой встрече в «Инвисе» он раскрылся как очень своеобразный, талантливый и интересный автор. Было много молодежи, чувствовалось, что стихи задели за живое, и многие высказывали желание купить его книги. К сожалению, в магазине их не оказалось, но были лазерные диски с записью стихов (новые носители информации, более дешевые для издателей, начинают шествие на рынок). Кстати, книги Вячеслава Курицына издательства «Амфора» в магазинах всё же были, и у многих из присутствующих в память о встрече они будут храниться с автографом автора.

 

* * *

Ну а теперь от этого длинного вступления перейду к главному: Национальная библиотека УР выиграла грант «Литературная столица», благодаря чему мы с вами сможем стать участниками нескольких литературных акций. В апреле пройдет акция «Проза новой России», в планах которой организация большой книжной выставки новой качественной российской литературы, литературные викторины в газетах и на радио (призы — те же книги). Совместно с некоммерческим фондом «Пушкинская библиотека» будет организован приезд в Ижевск издателей и писателей издательства «Вагриус», планируется книжная ярмарка и презентация первого номера журнала фонда «У книжной полки», который должен помочь читателю ориентироваться в море литературы. Организаторы акции хотят, чтобы все желающие посетить выставку и ярмарку, поучаствовать в конкурсах, встретиться с писателями смогли реализовать свои желания. Поэтому уже сейчас я хочу немного рассказать вам о тех авторах, которые, вполне вероятно, к нам приедут, и призвать: следите за информацией! Это должно быть интересно!

В 2003 году в издательстве «Вагриус» вышел четырехтомник, который и дал название первой акции Национальной библиотеки. Предисловие к изданию написал М.Е.Швыдкой, да и само издание подготовлено по заказу Министерства культуры РФ. Начинается предисловие так:

Сам факт, что эти страницы предваряют четырехтомное собрание русской прозы, рожденной в 90-е годы двадцатого столетия и самые первые месяцы столетия двадцать первого, является наиболее оптимистичным ответом на вопрос о жизни и смерти отечественной литературы. Физическая тяжесть этих книг демонстрирует во всем материальном великолепии усилия многих авторов (да и издателей тоже), пытающихся если и не остановить мгновение стремительно несущейся в неведомом направлении реальности, то хотя бы уловить, запечатлеть самое важное, самое примечательное, самое увлекательное для нынешних и будущих читателей.

 

Оптимизм министра культуры стоит разделить.

Большей частью в жанре короткого рассказа — понятно почему — в собрании представлены (я не поленилась подсчитать) пятьдесят девять авторов. И это при том, что в многотомник не попали создатели популярных (и мастерски сделанных) криминальных и любовных историй, а также многие авторы, которые пишут, на мой (и не только) взгляд, серьезную интеллектуальную литературу.

Фамилии писателей, чьи творения вошли в сборник (а, может быть, и сами произведения), хорошо знакомы тем, кто регулярно читает толстые журналы.

Не имея возможности подробно говорить о каждом авторе, просто перечислю вам их имена. Создатели четырехтомника избежали «табели о рангах», собрав рассказы в алфавитном порядке имен их авторов. Таким образом, в первый том вошли творения Василия Аксенова, Петра Алешковского, Виктора Астафьева, Григория Бакланова, Андрея Битова, Юрия Буйды, Бориса Васильева, Михаила Веллера, Марины Вишневецкой, Владимира Войновича, Андрея Волоса, Анатолия Гаврилова, Андрея Геласимова, Нины Горлановой и Анастасии Гостевой. Как видите, здесь представлены как писатели старшего поколения, активно трудившиеся на рубеже веков, так и совсем молодые авторы, уже уверенно заявившие о себе. Я остановлюсь лишь на трех последних авторах.

Андрей ГЕЛАСИМОВ. Родился в 1965 году в Иркутске, окончил Институт иностранных языков и режиссерский курс ГИТИСа. Автор книги «Фокс Малдер похож на свинью» (повесть и рассказы). Мастер диалога, создатель лаконичного и емкого языка. В представляемом издании опубликованы два рассказа из его книги: «Жанна» и «Нежный возраст». Герои Геласимова говорят на разных языках. Вот кусочек из рассказа «Жанна»: разговор между героиней — восемнадцатилетней девчушкой, оставшейся сиротой и с больным ребенком (родовая травма из-за родов в слишком юном возрасте), абсолютно без средств к существованию, — и папашей малыша, ставшим «крутым».

 

А он говорит — ну как? Ты согласна?

А я говорю — на что?

Он смотрит на меня и говорит — я же тебе объяснил. Ты что, разве не слушала?

Я говорю — я слушала, но просто я устала чуть-чуть. И у меня голова сегодня болит немного.

Он говорит — главное, чтоб ты подписала эту бумагу, в которой отказываешься от всяких претензий на то, что я Сережкин отец. Я узнавал у здешнего адвоката. Такую бумагу составить можно. И тогда я смогу забрать вас с собой. Снимем для вас квартиру. Однокомнатную — но ничего. Главное, что я буду помогать Сережке. Только моему отцу пока ничего говорить не надо.

Я поворачиваюсь к нему и говорю — так ты хочешь, чтоб мы поехали с тобой в Москву?

А он говорит — ну, да. Только надо сначала подписать эту бумагу. Чтобы потом в суде никаких косяков не возникало.

Я говорю — в каком суде?

Он говорит — ну вдруг ты захочешь со мной судиться. Насчет того, что я Сережкин отец.

Я смотрю на него и говорю — так ты и есть его отец.

А он говорит — я знаю. Только это неважно.

Я говорю — как это не важно? Он же твой сын.

Он говорит — я знаю.

Потом встал, походил по комнате и говорит — короче, решай. Или ты едешь со мной в Москву, или не едешь.

 

Героиня заботится о ребенке и соседе-инвалиде, который когда-то в детстве вступился за нее, а потом «упал со стройки, когда ему было шесть лет» и разбил голову. Все эти годы Жанна забегала к нему, заброшенному родителями-алкоголиками. Событие — он начал узнавать Жанну. Это самая близкая душа для героини. Толик и сын — всё, что у нее есть. Несмотря на всю тяжесть, рассказ не пессимистичен. В нем есть свет и надежда.

Нина ГОРЛАНОВА. Почти наша землячка (сейчас живет в Перми). Родилась в 1947 году в Пермской области, окончила филологический факультет Пермского университета. Многодетная мать. Занимает очень активную гражданскую позицию. Пишет иногда в соавторстве с мужем — В.Букуром (писателем-фантастом, работавшим грузчиком). За «Роман воспитания» супруги были номинированы на Букеровскую премию. В сборнике представлены «Покаянные дни, Или в ожидании конца света» — хроника событий тех дней, когда в Перми ожидали катастрофы — землетрясения. «Окаянные дни» Бунина, землетрясение в Спитаке, угроза еврейских погромов, дефицит всего, очереди за продуктами…

 

Ночью проснулась от грохота. Началось? Что делать в первую очередь? Вскочила, смотрю: это кошка уронила со шкафа наши сто коробков спичек. Вечно она ищет по верхам, куда нужно перепрятывать котят, это у нее в генах заложено.

А нам, советским матерям, где спрятать своих детей, чтоб спасти? Закурила на кухне, на всякий случай проверив запас соли.

 

Реалии уже ушедшей жизни. Всё узнаваемо, но как сквозь толщу Леты… Жизнь иная, а мы?

 

Анастасия ГОСТЕВА. Москвичка, родилась в 1975 году, окончила физический факультет МГУ. В первом томе опубликована повесть «Дочь самурая». В ней есть Женщина, Мужчина и много других героев, вечная женская жажда любви, сны, столь частые и важные в русской литературе и много чего еще. Но:

 

И это не любовь. Потому что любовь — это как у всех, а у нас по-другому. Вот я тебе сейчас руку выверну, и все будут думать, что у нас любовь, а это не любовь, это мы приемы отрабатываем. А потом я буду ездить на лошади, а ты меня будешь ждать, и люди решат, что это любовь, а это никакая не любовь, это я тренируюсь, а ты медитируешь. Это у меня с лошадью любовь, а у тебя — с Дао. И главное — не мешать друг другу. И любовь — она и в Африке любовь, а у нас и в Африке все было бы по-другому. Даже придумать невозможно как. И когда любовь, все делают вместе, даже когда поврозь, а мы все делаем врозь, даже если каким-то чудом — и вместе.

В Национальную библиотеку буквально на днях пришел изданный отдельной книгой «Travel агнец» А.Гостевой, несколько лет назад опубликованный в журнале. Так что скоро у читателей появится возможность познакомиться и с «крупной формой» писательницы.

 

* * *

Во второй том включена малая проза Юрия Давыдова, Андрея Дмитриева, Бориса Екимова, Фазиля Искандера, Валерия Исхакова, Александра Кабакова, Игоря Клеха, Николая Климонтовича, Николая Кононова, Анатолия Королева, Павла Крусанова, Владимира Маканина, Юрия Малецкого и Юрия Мамлеева.

Хочется сказать о том, что даже у хорошо известных вам авторов вы можете открыть новые грани творчества — произведения, опубликованные в книге, очень разнообразны. Остановлюсь тоже на трех именах по алфавиту, без особого выбора..

Николай КОНОНОВ. Родился в 1958 году в Саратове, окончил физический факультет саратовского университета и аспирантуру философского факультета ЛГУ. В 1981 году дебютировал как поэт. Его первое прозаическое произведение — роман «Похороны кузнечика», опубликованный самим Кононовым — успешным питерским издателем в 2000 году. Сразу был номинирован на «Букер». К сожалению, тираж был небольшим, и познакомиться с романом можно было только в пересказах литературных критиков и цитатах в критических статьях. Обращал на себя внимание язык — чувствовалось «поэтическое прошлое» автора. В предлагаемых рассказах «Гений Евгении» и «Микеша» — и неожиданность сюжета, и емкость образов, и переливчатый образный язык:

Итак.

Самое главное.

Надо помнить во время чтения.

Это вовсе не смешная история.

1

Хотя смех, стеклянные брызги веселья, сдавленное хихиканье, мужской гогот, прелестный писк, стоны и тугой, вспыхивающий факелом, краткий общий гвалт будут курьезным фоном этого серьезного повествования, —

 

так начинается «Гений Евгении». Думаю, вы сразу почувствовали игру слов, звуков и созвучий, оценили филигранную обработку деталей… А смысл и мораль этих историй — скорее зарисовок, разновременных запечатлений — вам еще предстоит раскрыть. Вместе с книгой.

Анатолий КОРОЛЕВ. Родился в 1946 году в Свердловске, окончил филологический факультет Пермского университета, печатается с 1978 года. Тоже выдвигался на Букеровскую премию с романом «Человек-язык» (2001 г.). В сборник включен рассказ «Собака философа». Интересное, многоплановое (несмотря на размеры) произведение. Трагедия животного, лишившегося хозяина — лишь внешний пласт повествования.

 

Мельников смотрел на собаку, и ему было стыдно перед животным, перед бессловесной тварью, которая переживала смерть Софрона — не в пример ему — с таким горем. А ведь покойный не любил пса. Гость не знал, что сказать. Тень смерти придавала молчанию сокровенную глубину. Но что значила эта глубина? Что издревле лежало между человеком и зверем? Любовь, корысть, взаимная выгода, прихоть? <…> …Для Мельникова всегда оставалось загадкой: зачем Софрон завел в доме собаку, которую никогда по-настоящему не любил, относился к ней как к обузе, и которая сейчас решила больше без хозяина не жить. В этом была какая-то обидная несправедливость.

 

Человек и животное. Человек и человек. Смысл существования. Или бессмысленность. Выберите свое.

Павел КРУСАНОВ. Родился в 1961 году в Ленинграде. Окончил географо-биологический факультет ЛГПИ. Печатается с 1989 года. Роман «Укус ангела», написанный в лучших традициях постмодернизма (2001 г.), был номинирован на «Букера». Автор — блестящий стилист, фантазер и глубокий мыслитель. Впрочем, судить вам.

Вот как начинается рассказ «Петля Нестерова», вошедший в сборник:

 

День выдался сырой и летний, как закапанные квасом шорты, — ходить в таких по городу немного свежо и немного неловко. Он (так звали человека) давно уже не был в этом закутке Петербурга, в конечном виде изваянном в середине тех времен, когда город носил псевдоним. Готика Чесменской церкви соседствовала тут с грузным ампиром пятидесятых и силикатным кирпичом «оттепели», лопочущей на языке «распашонок», а типовые магазины — «стекляшки» — с беспризорной зеленью бульваров, дворов и скверов, обложивших уютными подушками долгую канитель улицы Ленсовета.

* * *

Том третий. Содержит плоды раздумий Анатолия Наймана, Сергея Носова, Олега Павлова, Виктора Пелевина, Юрия Питкевича, Людмилы Петрушевской, Валерия Попова, Евгения Попова, Вячеслава Пьецуха, Эдварда Радзинского, Валентина Распутина, Дины Рубиной, Нины Садур, Дарьи Симоновой, Ольги Славниковой и Алексея Слаповского.

Начнем с Олега ПАВЛОВА — букеровского лауреата уже позапрошлого года. Родился в 1970 году в Москве, окончил Литинститут, печатается с 1990 года. Рассказ «Конец века»: «Рождество было или не Рождество, но праздник этот признавался как государственный, отмечался уже наравне с Новым годом, и могло иметь место, что отмечали той ночью в горбольнице, точно теперь не скажешь, и Рождество».

Это начало. А дальше Рождество закономерно перетекает… а вот во что перетекает, я вам не скажу, чтобы не портить впечатление. Замечу только, что рассказ пронзительно трагичен, и читать его я рекомендовала бы всем от «ожирения сердца».

Виктор ПЕЛЕВИН представил два рассказа: «Проблема верволка в средней полосе» и «Бубен верхнего мира». Главное, что отличает Пелевина, на мой взгляд, — свободное существование во всех мирах. Знаю, что молодежь читает его взахлеб. Эти рассказы вполне подойдут для знакомства с писателем тех, кто еще «не приобщился» — «крупная форма» для неподготовленного читателя может оказаться непосильной.

Людмила ПЕТРУШЕВСКАЯ. Представлять, я думаю, не надо. Три небольших рассказа — «Нина Комарова», «Котенок господа бога», «Завещание старого монаха» и мистический рассказ «Спасенный», покрупнее, дадут представление о том, в какую сторону развивается творчество писательницы. На встрече с читателями она сообщила, что собирается написать мистический детектив, триллер, и вообще ей интересны все формы и жанры. Так что будем ждать продолжения.

* * *

В четвертом томе собрались произведения Александра Солженицына, Владимира Сорокина, Михаила Тарковского, Виктории Токаревой, Татьяны Толстой, Людмилы Улицкой, Антона Уткина, Бориса Хазанова, Александра Хургина, Михаила Шишкина, Галины Щербаковой, Асара Эппеля, Леонида Юзефовича и Сергея Юрского.

Ни в одном из томов нет столько авторов-женщин, поэтому остановимся на их рассказах — так уж совпало.

«Коррида» Виктории ТОКАРЕВОЙ, «Соня», «На золотом крыльце сидели…», «Огонь и пыль» Татьяны ТОЛСТОЙ, «Пиковая дама» Людмилы УЛИЦКОЙ — в общем-то женские истории, рассказанные женщинами. Но в том-то и дело, что в некоторых случаях глаз у женщин — острее и внимательнее, слово — ярче и проникновеннее, а ум, уж простите, как устоялось в нашей фразеологии, — ум мужской. (Филологами отмечено, что русская фразеология вырисовывает не очень-то приглядный женский образ, и ежели что и есть у женщины хорошее, то только мужское, а вот ежели у мужчины что плохое, так это непременно женское.) И в этих рассказах вся Жизнь с большой буквы и История, уже с другой большой буквы, преломляются в маленьких, отдельных личных жизнях и складываются из разрозненных кусочков в мозаику нашего времени. А вот у Галины ЩЕРБАКОВОЙ, в повествовании «Кровать Молотова», смешивается личное и общественное, и дачная, в сущности, история, становится поводом для глубоких обобщений. А заканчивается рассказ так:

 

«Господи! — говорю я телевизору. — Спаси и сохрани. Не возвращай аскетов. Пусть у детей будут ленты, кружево и ботинки. И что угодно для души. И раз уж кровать нашли, то, значит, — как я понимаю — надо зачинать ребенка. Только перевернуть кровать и поставить на ноги. И ляжет на нее — кто-кто? — Машка. Больше некому. Каков стол, таков стул, как говорит всю жизнь мой приятель. Но простую бабью работу, Господи, она сделает. Ты не отвернись — сделай главную. Пусть у нее родится умный царевич, который найдет себе жену-красавицу, а не жабу. И чтоб пошло у них все умненько и ладненько, а за ними и у нас. На третий раз, Господи, должно получиться что-то путное.

Мы ведь по жизни трехразовый народ: три раза закидываем невод…

 

* * *

Итак, мы с вами чуть-чуть познакомились с авторами четырехтомника, под обложками которого собрались маститые и юные, традиционалисты и экспериментаторы, постмодернисты, «деревенщики» и эстеты, и их голоса сплетаются в хоре современной русской литературы, не заглушая, но оттеняя и дополняя друг друга.

А закончить хочется словами М.Швыдкова:

 

Это собрание текстов, которые по преимуществу созданы писателями, знающими все-таки, несмотря ни что, что такое добро и зло, и способными различать черное и белое. А значит, не надо беспокоиться о национальной идее. Если смысл ценностей ведом писателям — то он может произрасти в душах читателей.

 

Так откроем же свои души.