Логинова Евгения

ОБРЕЧЁННЫЙ СТАТЬ АНГЕЛОМ

 


Глава первая

 

Нашествие небес

 

Лето, невыносимая жара. Ева едет на велосипеде по огромному полю, заросшему колючей травой. Надоедливые мухи и пчёлы то и дело пытаются укусить её, сесть на мокрое тело, поэтому девочке приходится сильнее нажимать на педали, чтобы оторваться от них. Стрекотание саранчи раздражает слух. Пчёл и мух становилось всё больше. Но скоро девочка понимает, что насекомые больше отдают предпочтение сладкому медовому торту, который завёрнут в прозрачный пакет и прикреплён к багажнику велосипеда, нежели её измотанному телу. Она бы никогда не решилась на такое безумие, но этого требовали обстоятельства.

У её тётушки сегодня день рождения. Ева пообещала ей ещё вчера, что приготовит для неё сюрприз. Она знала, что тётя Рей обожает сладкое (впрочем, как и сама Ева), а особенно торт с медовой начинкой, обсыпанный со всех сторон панировочной крошкой. Девочка решила испечь торт сама. Проснувшись утром, Ева встала, как только тётя со своим мужем Ренди уехали в город, чтобы закупить немного продуктов к празднику, открыла кулинарную книгу и принялась хозяйничать на кухне. Торт получился превосходным, и Ева поставила его в духовку. Но… пришёл Том и позвал Еву играть в футбол. Она, забыв про всё на свете, побежала гонять с друзьями мяч. А когда вернулась, то в духовке от превосходного торта остались только жалкие угольки. Ева, решив, что ещё не всё потеряно, помчалась на своём велосипеде в соседний городок, где находился известный на всю округу кондитерский магазинчик с его доброй хозяйкой миссис Тимман. Она любила Еву, которая появлялась здесь лишь в летние каникулы, и всегда угощала её конфетами. А узнав о её истории с тортом для тёти Рей, не отказала этой очаровательной девчушечке с несчастными голубыми глазами, которая не сказала ей лишь о том, что её шедевр был уничтожен благодаря огромной любви к футболу. Ева не знала, когда приедут её родственники, поэтому ей приходилось торопиться. А чтобы быстрее добраться до дома, она решила проехать по полю и сократить время в пути на целых полчаса.

Наконец показался знакомый городок, где временно жила Ева. Он назывался Виквинд. Этот городишко был со всех сторон окружён горами, и ветер был здесь редким гостем, поэтому ему дали такое странное название.

Каждое лето родители привозили Еву погостить к тёте и дяде, так как считали, что Еве полезно дышать свежим воздухом сельской местности, а не пылью в большом городе. У тётушки Рей и её мужа Ренди не было детей, и они всегда были очень рады приезду их любимой племянницы. В тихом городке поведение Евы мгновенно изменялось: из тихой и застенчивой она превращалась в бойкую и энергичную. В городе ей не с кем было общаться, а здесь её ждали настоящие друзья. Они с утра до вечера проводили время вместе: играли в футбол, плавали в реке, объедались бесплатным мороженым у миссис Тимман – всего не перечесть. Здесь Ева чувствовала себя по-настоящему счастливым человеком. Но как бы сильно ей ни хотелось оставаться здесь, весёлые дни в Виквинде подходили к концу. Завтра за ней должны приехать родители и снова увезти дочь в многоэтажный Белбридж.

Ева свернула на асфальтированную дорогу. Вдруг где-то сзади раздался голос Тома:

«Осторожно, мяч!» Ева не успела среагировать, и мяч угодил ей в плечо. Девочка от неожиданности потеряла равновесие и, закричав, упала вместе с велосипедом. Послышался топот ног по асфальту.

- Ева, ты жива? Этот болван сильно ушиб тебя? – спросила Ким, наклонившись над сидящей Евой, потирающей коленку. Рыжие волосы этой девчонки опять торчали во все стороны.

- Кого это ты назвала болваном? – возмутился Том.

- А кому я говорила: не пинай так сильно! Поле не велико. Так нет же, ему надо продемонстрировать силу своего удара.

- А я знал, что он попадёт именно в Еву? – Том поднял футбольный мяч.

- Да ты вообще ничего не знаешь! – разозлилась Ким.

- Эй, ребята, опять вы за своё? Вы бы помогли лучше пострадавшей подняться, – к ним подошёл высокий парень в чёрной футболке и коротко стриженными светлыми волосами. Он протянул Еве, наблюдавшей не без улыбки эту сцену, руку. – Всё в порядке?

- Спасибо, Джо, лучше не бывает, – ответила Ева. Улыбка исчезла с её смуглого лица, когда в поле зрения попал торт для тёти Рей.

- Том, – с гневом произнесла она имя стоявшего рядом с ней черноволосого мальчика, который не понимал, что он натворил на этот раз.

- Что случилось? – на удивление спокойно спросил он. Ева набросилась на Тома, но Ким и Джо успели схватить её за руки. Томми отбежал в сторону. Он знал, что с разгневанной Евой лучше не связываться, но всё же был удивлён её поведением.

- Пустите, я убью его! – разъярённо кричала девчонка, пытаясь освободиться от крепко державших её рук. Том замер и широко раскрыл глаза.

- Эй, зачем так злиться? Извини, конечно, но это был всего лишь мяч.

- Я тебе покажу мяч!

- Ева, успокойся, – попросил Джо. Но его слова пролетели мимо её ушей.

- Посмотри, что ты сделал с сюрпризом для тёти Рей! – Ева показала рукой на асфальт, где лежало испорченное сладкое произведение миссис Тимман.

- Прости я… я не хотел, чтобы так вышло, я… – чуть заметная лукавость Тома сменилась смятением.

- Вот ведь как бывает, не подумаешь, и…. – почесал в затылке Джо.

Ким, улавливая всё больше нараставшую напряжённость, неожиданно для друзей сказала:

- Постойте! У меня есть замечательная идея, – все взгляды немедленно устремились на неё. – Моя бабушка сегодня напекла много вкусных пирогов. Возможно, я могла бы…

 - Ребята, посмотрите, какие странные облака! Я никогда таких не видел, – прервал слова Ким Том, когда глянул на небо.

Все разом подняли головы вверх. И правда, по небу быстрым потоком шла огромная, объёмная облачная масса. Вначале она завораживала и вызывала восхищение. Облака плыли, принимая всё более причудливые формы. От них было просто невозможно оторвать взгляд. Ребята наблюдали почти фантастическое зрелище, как вдруг стало нарастать чувство тревоги. Поднялся сильный ветер, что в такой местности как Виквинд – редкость. А резкой смены погодных явлений здесь вообще никогда не бывало. Ребята понимали, что творится явно что-то не то.

- Не нравятся мне эти облака, – сказала Кимберли.

- Чёрт! – произнёс Джон. – Ребята, похоже, надвигается смерч…

- Ты в своём уме?! – ужаснулся Том. – Торнадо в Виквинде никогда не было, – в его голосе чувствовалось беспокойство. – Тебе бы ещё синоптиком работать! – сказал он, хотя, как и его друзья понимал, что шутка была неуместной.

- А даже если это смерч, то скорей всего он обойдёт нас стороной… – Ким скорее надеялась, чем просто уверенно говорила.

- А метеорологические службы? Разве они не должны…

- Какие службы, Ева? Раз здесь не происходит подобных явлений, они и не следят за нашим районом, – сказал Джон.

 За то время, пока они разговаривали, ветер набрал ещё большую силу. Стали ощущаться первые капли дождя. Вдруг в небесах раздался громкий треск, похожий на столкновение двух огромных масс. Он разнёсся далеко по воздуху.

- Сматываемся отсюда! – неожиданно громко закричал Джо. – Нам нужно в укрытие! Том, до твоего дома ближе всех, спрячемся у тебя в подвале.

- А остальные? А мои тётя и дядя? – забеспокоилась Ева. Но крепкая рука Джона уже тащила её за собой.

Безобидный дождь резко обрушился на землю ливнем. Ребята, успев промокнуть насквозь, бежали по улицам Виквинда. За грозным ливнем последовал град. Сила его ударов нарастала с каждой секундой. По чёрному небу прошлась сиреневой трещиной гигантская молния и осветила окрестности маленького города. Раздался оглушительный гром, как будто молния разломила тучи пополам. Казалось, небеса превратились в ад…

 Градины размером с куриное яйцо безжалостно хлестали землю с её зелёным покровом, но друзья вовремя укрылись у Тома. Его родителей в этот час не было в Виквинде.

 Все жители городка тоже попрятались в своих домах, пытаясь спастись от надвигающейся бури. Но слабые стены и крыши грозили вот-вот разлететься на обломки, не выдерживая мощи урагана. У всех скорее был шок, чем паника. Никто не мог поверить в происходящее.

 Было слышно, как град с треском бьёт по крыше. Мальчишки пытались открыть плотно запертую дверь погреба, где мама Тома хранила свои припасы.

- Смотрите! – восхищённо и в то же время с ужасом воскликнула Ким. Она указала на окно. Ребята посмотрели туда и увидели, как из вращающихся облаков на землю колонной стал опускаться смерч, вращаясь с огромной скоростью. Он образовал вокруг себя поток вихрей, которые были способны крушить и поднимать всё в воздух. Зрелище захватывало дух. В их головах отчётливо появлялись ужасные картины того, что мог бы сделать этот монстр с несчастным городком Виквиндом, который ещё никогда не переживал подобной катастрофы. Наконец-то Джо и Том открыли дверцу погреба.

- Быстрее сюда! – крикнул Том. Все, кроме Евы, спустились. Она же успела шагнуть лишь на две ступеньки, когда услышала жалобное мяуканье котёнка, перерастающее в панический крик. Это был Уайт – любимец Ким. Не раздумывая, Ева кинулась за ним на улицу.

В лицо ей ударил сильный ветер. Град по-прежнему не терял своей силы.

- Куда ты? Ты с ума сошла?! – услышала она перекрываемый ветром крик Джона.

- Стой! Что ты делаешь? – хором кричали ей вслед Том и Кимберли.

Но Ева уже не слышала их. Подобрав с земли кусок фанеры, девочка прикрыла им голову и бежала к Уайту. Ветер сбивал с ног. Ева, сжав зубы, упрямо продвигалась в сторону трейлера, под которым сидел испуганный котёнок. Добравшись до нужного места, девочка присела и схватила грязного, промокшего Уайта, который продолжал отчаянно мяукать. Когда она бежала обратно, раздался страшный звук, напоминающий грохот одновременно сдвинувшихся с места гигантских железнодорожных составов. Уайт от страха стал дёргаться в руках Евы, царапая её, вырывался, убежал в поле и скрылся в густой траве. Ева посмотрела в сторону и увидела движущийся по полю смертоносный столб. Он быстро двигался в сторону Виквинда. Ева хотела развернуться и побежать обратно, но град окончательно сломал фанеру, которая с треском разлетелась на две части. Вдруг резкий порыв ветра поднял её в воздух и принялся мотать вверх и вниз, унося к набиравшему силу безжалостному торнадо. Ветер свистел в ушах, и она уже думала, что не выживет. Сердце бешено колотилось, дыханье перехватило, и она не могла дышать. Ева теряла сознание. Но перед тем как полностью отключиться, ей показалось, что она сливается с чем-то, доселе ей незнакомым.

 

 

Глава вторая

 

Демон

 

Её трясло, и она еле шла, опасливо оглядываясь по сторонам. Она не знала, как здесь очутилась, но главное: она забыла, кто она. В памяти образовался огромный пробел. Вокруг было лишь одно горящее пространство, становилось невыносимо жарко. Чёрный сыпучий пепел проваливался под босыми ногами. Всюду раздавались крики, полные страха и страданий, но никого не было видно.

 Девочка постаралась взять себя в руки и шла, несмотря на жар под ногами и раскалённый воздух. Криков становилось всё больше. Летящие искры, опаляя, задевали ей волосы, обжигали лицо. Но у неё была одна цель: поскорее выбраться из этого проклятого места.

Вдруг она, испугавшись, отшатнулась – перед ней, полыхая, выросла огромная огненная стена и преградила путь. Огонь задел её, оставив красный след на плече. Боль противно пульсировала в месте ожога, но девочка не могла издать ни звука. Жар сжимал горло, вызывая угнетающее чувство жажды. Страх нарастал.

Внезапно крики смолкли. Настала непривычная тишина. Девочка оглянулась вокруг. То, что она увидела, заставило содрогнуться от ужаса. Из пепла, по которому она шла, начали пробиваться чёрные руки. Миллионы рук… Затем из раскалённой земли показались уродливые обгорелые головы. Их глаза, носы, рты были залеплены пеплом. Вылезая из земли, существа медленно приближались к ней, протягивая трясущиеся руки. У девочки невольно вырвался слабый вскрик, похожий на стон, и она в ужасе попятилась назад. Страх сдавливал ей грудь. Она не хотела быть жертвой, она хотела выжить, спрятаться, убежать, чего бы ей это ни стоило, но только не видеть всю эту ужасную картину. Их безобразные руки неустанно тянулись к ней. Когда, наконец, одна из рук всё-таки дотянулась до девочки, то неожиданно от этой руки пошёл пар. Чудовище дико закричало. Крик разлетелся далеко по всей огненной равнине. Все другие существа, словно пронзённые этим криком, стали сгибаться пополам. Они валялись в пепле, извиваясь как черви. Похоже, что она причиняла им сильную боль. Осознав это, она приложила свои ладони к стоящему рядом с ней и изгибающемуся монстру. Девочка крепко сжала его плечо. Пара стало ещё больше, и, в конце концов, чудовище стало крошиться на маленькие кусочки. Уродливые существа открывали свои красные противные рты и дико кричали. Им становилось больно, хотя казалось странным, чтобы эти твари, не похожие ни на что живое, могли иметь хоть какие-то чувства. Один за другим на глазах у девочки они превращались в горстки пепла, а их последние крики растворялись в клубах пара. Никого из них не осталось.

 Прикосновение забрало все силы. Девочка присела, мучаясь от высокоградусной жары. В ладонях чувствовалась жгучая боль. Опустив голову, с одолевшим её унынием, она не замечала, как под нею стали образовываться трещины. Рассыпчатая обгорелая земля стала просачиваться в них. Послышался треск. Очнувшись от громкого звука и оглядевшись, она попыталась встать, чтобы быстрее убежать отсюда, но не смогла. Земля проваливалась под её ногами, образуя пропасть, и девочка, покатившись вниз по осыпающемуся пеплу, полетела в темноту.

Достигнув дна, она очутилась на гладком, отражающем её слабый силуэт, чёрном полу. Боли не было. Все чувства, связывающие её с внешним миром, исчезли. Она словно попала в сон. Девчонка поднялась и попыталась собрать свои мысли, как будто отходя от недавнего забвения, усердно соображая, где она находится сейчас. И тут она снова почувствовала ужас. Рядом с ней стоял настоящий монстр. Он был чёрный, с ободранной до крови кожей и вытянутой пастью, похожей на волчью. Из спины у него росли два огромных крыла, перетянутых кожаной перепонкой, до земли висел острый хвост, метавшийся во все стороны, а на голове росли высокие рога, устрашающие своим видом. Всё в нём было омерзительно – от уродливых когтистых конечностей до маленьких треугольных ушей. Его глаза представляли собой маленькие прорези, в которых чернела злоба. Одним словом – существо, порождённое адом. От увиденного девочка прикрыла рот рукой, чтобы не вскрикнуть, но вскоре поняла, что он её не видит и даже не имеет ни малейшего представления, что она здесь. Оглядев место, где находилась, она обнаружила ещё много таких же странных существ. Все они стояли, образуя огромную толпу. Чувствуя своё призрачное присутствие, девочка тенью проскальзывала между монстрами, не обнаруживая себя.

 Проходя мимо уродливых тел, она пыталась рассмотреть каждого. Одни стояли в устрашающих позах, открыв пасть, другие – причудливо сидели на скалистых выступах, размахивая тяжёлыми хвостами. Девочка начала понимать, что находится в пещере, на потолке которой висели сталактиты, напоминающие острые зубы этих существ. Пройдя ещё немного, она оказалась на открытом пространстве. Яркое зарево ослепило её. Когда глаза привыкли к свету, она увидела, что над её головой бушует настоящее пламя, напоминающее огненное небо. В центре огромного зала её заинтересовал стоящий на коленях с опущенной головой один из этих, похожих на демонов, монстр. В глаза сразу бросалось его сильно изувеченное тело: оно было покрыто кровоточащими ранами, одно крыло было сильно растерзано и сломано, болтаясь на весу. Остальные смотрели на него с презрением, как на жалкое существо.

Неожиданно возник громкий гул, напоминающий ветер, и пещера затряслась, угрожая обрушить на присутствующих свои зубы-сталактиты. Но девочка по-прежнему ничего не чувствовала, стоя призраком в толпе, в отличие от бесов, которые еле могли устоять на своих неуклюжих лапах. Затем послышались чьи-то шаги. Приближалось что-то огромное. Послышалось чьё-то дыхание, похожее на хриплые стоны. Девочка услышала испуганный ропот «чёрной» толпы – эти существа боялись того, кто приближался сюда. Но один из них не испытывал никакого страха – это был тот самый монстр, находящийся в презренном окружении остальных. Девочка почувствовала, что он зол на что-то. Вдруг это неведомое и невидимое для глаз заговорило басом на весь зал:

- Ты будешь изгнан из ада, предатель. Мне известно, что ты заключил сделку с ангелом, чтобы получить на время дряхлое тело смертного. И ты прекрасно знаешь, что за это тебя ждёт самое ужасное наказание – окажешься на небесах, где придёт твоя неминуемая смерть, – эти слова были произнесены в каком-то злобном помешательстве, превратившимся в недолгий безумный смех. После этого существо резко сказало: «Довольно речей! Сейчас ты попадёшь в небесные врата!» Обвиняемый даже не шелохнулся, он стоял, словно сделанный из камня. При этих словах все демоны подняли свои страшные головы и издали одобрительные крики, подтверждая согласие с мерой наказания. Вся демоническая толпа напоминала дикое племя. Некоторые из них набросились на приговорённого и принялись издеваться над ним, терзая его тело, на котором почти не осталось живого места. Девочке стало его жалко, но она не могла преодолеть отвращения к этим адским существам. Вдруг пламя над ними превратилось в огненную воронку. Это выглядело очень зрелищно и в то же время вызывало чувство опасности. Многие демоны заскулили и попятились назад, другие, крича, заметались по пещере, хлопая крыльями и напоминая огромных летучих мышей. Девочка, не отрываясь, смотрела на демона, который был готов принять свою судьбу. Он повернул голову в её сторону, и их взгляды встретились. Неожиданно демон обратился к ней спокойным твёрдым голосом:

- Ева! – Девочка от удивления замерла, она почувствовала, как сильно забилось её сердце. Это имя оживило память, она молниеносно вспомнила всё…

Огненный вихрь набирал силу, затягивая демона в пучину. Он не мог сопротивляться. Перед тем, как полностью погрузиться, он ещё раз назвал её имя, долго повторявшееся эхом в ушах девочки:

- Ева!!!

 

 

Глава третья

 

Шутка

 

Перед глазами появились смазанные очертания больничной палаты. В ней преобладал, ослепляя, ярко-белый цвет. Забинтованную голову пронизывала неприятная колющая боль. Левая рука затекла и ныла. Ева повернула голову. На краю кровати сидела её мама – миссис Сара Кон. Она, не отрываясь, напряжённо смотрела в одну точку, о чём-то задумавшись. На вид ей было лет тридцать с лишним, у неё была смуглая кожа, роскошные кудрявые тёмные волосы и зелёные грустные глаза, которые Ева не смогла бы спутать ни с чьими другими на свете.

- Мама, – слабым голосом произнесла девочка. Женщина, сидевшая без малейшего движения, мгновенно ожила, с неожиданным удивлением посмотрев на неё.

- Ева, ты очнулась, – мама наклонилась над ней и положила ладонь на бледную руку Евы. – Как ты себя чувствуешь?

- У меня сильно болит голова…

- Не переживай, скоро всё пройдёт. Ты такое пережила…. Когда я узнала об этом, чуть с ума не сошла! Врачи сказали, что ты просто чудом избежала серьёзных травм и осталась жива. Я даже не представляю, что случилось бы со мной, если бы тебя не нашли! Тебя обнаружили в поле, недалеко от Виквинда.… Боже, даже вспоминать не хочу, что там было! О, Ева, как хорошо, что всё позади …

- Да, наверное… – Ева чувствовала себя очень растерянно, всё ещё не веря тому, что это произошло именно с ней. Теперь она могла бы радоваться, что осталась жива, но почему-то не испытывала никакой радости. Девочка невольно ощущала, что внутри неё засело какое-то неприятное чувство, что что-то не так. Ева постепенно вспоминала те ужасные картины, которые видела во время кошмара. Они становились отчётливей и реалистичней с каждым новым воспоминанием. Затем всё это сверкнуло в её голове резкой эмоциональной вспышкой, тело покрылось холодным потом, а руки и ноги онемели.

- Мама, – тревожно сказала она, глядя в усталые, но счастливые глаза матери, – когда меня несло по воздуху, я потеряла сознание. Но потом… Мне приснился жуткий сон… что я оказалась в каком-то странном месте… Там были какие-то демоны, огонь… Словно это был ад какой-то. Я толком не могу объяснить, что я точно видела…. Но самое невероятное то, что в начале сна все ощущения были как настоящие и… мне вообще казалось, что это на самом деле!

- Господи, Ева. Не пугай меня! Это ведь был просто кошмар. Конечно, после того, что ты пережила, тут и не такое привидится… Но… забудь об этом. Всё уже прошло, – миссис Кон нежно провела рукой по щеке Евы, глядя на неё ласковым взглядом. – Выкинь весь этот бред из головы и не мучайся. Поверь, тебе станет лучше.

Ева решила, что ей и правда станет лучше, если она перестанет думать об этом. Но тот демон, который назвал её имя?! Она точно помнила каждое очертание его тела и этот пронзительный взгляд. А его голос до сих пор эхом отдавался в ушах….

 

Внезапно Еву осенило, и она резко привстала с кровати, ощутив, как боль сильно ударила её в затылок.

- А что с Томом, Ким и Джо? С тётей Рей и дядей Ренди? А Виквинд, что с ним стало?

- Успокойся, моя дорогая, тебе нельзя так резко вставать, – и миссис Кон бережно уложила взволнованную Еву обратно в постель. – С тётей и дядей всё в порядке, они приехали после катастрофы. С друзьями тоже всё обошлось. Конечно, они тоже пережили большой шок, но главное, что сейчас с ними всё хорошо.… А Виквинд.… Людям, лишившимся крова, предоставили пока временные жилища. Кстати, с дома тёти Рей снесло крышу, но это не страшно. Можно починить…. Господи, как я рада, что всё хорошо! – и она бережно, дрожащими от пережитого напряжения руками, обняла Еву.

 - Ой, чуть не забыла. Как же я так… – неожиданно вспомнила миссис Кон, – Ева, твои друзья передали тебе кое-что, – и она достала из своей чёрной сумочки, лежавшей на полу, голубую открытку и отдала её девочке. На ней был изображён плюшевый мишка с милыми чёрненькими глазками. «Наверное, Джо сымпровизировал», – с еле заметной улыбкой подумала про себя Ева.

- Ева, милая, я отойду на минутку и скоро вернусь. Я просто не могу не сообщить твоему отцу столь радостную весть! – мама, поцеловав Еву, быстро встала и вышла из комнаты. Послышался стук её каблуков по коридору, который, удаляясь, становился тише, а потом и вовсе исчез.

Ева с любопытством принялась изучать послание от друзей, чтобы хоть как-то отбросить подальше все негативные мысли и переживания. Когда она развернула открытку, увидела там прикреплённую фотографию, где рядом с ней стояли её друзья. Они сфотографировались этим летом, когда ходили прогуляться до речки, что недалеко от Виквинда; здешние жители обычно любили отдыхать и устраивать пикники. На Еву смотрели мокрые, но очень счастливые лица с очаровательными улыбками. Девочка тоже улыбнулась. Она вспомнила, как Том «организовал» купание, когда поспорил с Джоном на бутылку шнапса, что без всяких усилий пройдёт по бревну, которое соединяло два берега реки, непонятно как оказавшись между ними. Джо же, со свойственным ему спокойствием, уверял Тома, что бревно старое и трухлявое, и что ни один дурак не пойдёт по нему. Это очень разозлило Томми, и он рванул к бревну как одержимый. Том добежал почти до конца, но гнилое дерево не выдержало, и он, как и предполагал Джо, с глухим треском рухнул в воду раньше, чем осознал, что с ним случилось, выпучив большие испуганные глаза. Ким и Ева от смеха чуть не катались по земле, а Джон, который оказался прав (а он всегда прав), со свойственной ему самоуверенностью, ухмыляясь, смотрел на Тома, сидящего по пояс в воде. Том был уже не просто зол на Джона… В порыве ярости он добрался до берега, где находился его невозмутимый друг, и с нечеловеческими усилиями затащил его в воду. «Ну что, понравилось, мокренький?» – спросил Том, когда Джо оказался в таком же положении. Конечно же, вся самоуверенность Джо быстро испарилась… Ким и Еве тоже пришлось залезть в воду, чтобы разнять друзей. И всё это превратилось в смех, визг и плескание. От ссоры не осталось и следа. Потом, когда они мокрые кое-как вскарабкались по высокому песчаному берегу, то решили сделать на память фото, так как Ким прихватила с собой фотоаппарат. Ева, вспоминая историю этой фотографии, была так довольна воспоминанием, что почти забыла обо всех неприятных чувствах, ещё совсем недавно тревоживших её.

За фотографией Ева обнаружила письмо: «Привет, Ева, пишу тебе я – Ким. Я отдуваюсь за всех остальных. Джо с Томом просто не знают, что писать. Но мы все хотим сказать тебе одно: «КАК ЖЕ МЫ ЗА ТЕБЯ ВОЛНОВАЛИСЬ!» После урагана мы сразу же кинулись на твои поиски. Мы все чуть с ума не сошли: я вся в слезах звала тебя, Том в диком отчаянье носился и где только можно, искал тебя, а Джо ужасно нервничал, но уверял, что с тобой всё в порядке. В общем, ты поняла наше состояние. Но теперь всё позади, и мы жутко рады, что ты жива! Уайт тоже жив и здоров. Я тебе очень благодарна за него. Твой поступок – настоящий подвиг и достоин восхищения. Не всякий бы рискнул жизнью ради котёнка. Наши дома немного потрепало, но обошлось без жертв. Хочу сообщить тебе хорошую новость: мы все втроём приедем к тебе на осенние каникулы! Правда, здорово? (Извини, что не можем приехать раньше, но у нас сейчас в Виквинде чрезвычайная ситуация). Ну ладно. Желаем тебе быстрее поправляться и больше никогда не попадать в подобные передряги. До встречи. P.S. Надеюсь, у тебя найдётся место, где можно погонять мяч?» После того, как Ева прочитала адресованное ей послание, у неё улучшилось настроение. Как же она любит своих друзей!

В то время, пока Ева вспоминала тёплые летние деньки, проведённые в Виквинде (что она всегда делала с большим удовольствием), дверь палаты с тихим скрипом открылась. Первым вошёл мистер Джордж Кон. Он был с очень аккуратно уложенными светлыми волосами и такими же ясными, как у Евы, глазами цвета неба.

- Привет, папа, – поздоровалась девочка.

Отец с радостной улыбкой подошёл к дочери.

- Ева, как же ты нас всех напугала. Обещай, что больше никогда с тобой такого не случится. – Дочь кивнула головой. В палату вошли миссис Кон и врач.

Они тихо подошли к кровати и незаметно встали рядом со счастливым мистером Коном, который, не замечая их, разговаривал с дочкой. Он спрашивал её о самочувствии, говорил ей, что теперь всё будет хорошо, пытаясь, как и мама, настроить Еву только на лучшее. Мистер Кон очень сильно любил свою дочь и всегда заботился о ней. Ева была единственным ребёнком в семье. Родители, как это часто бывает в однодетных семьях, баловали её, окружали постоянной заботой и вниманием с ранних лет. Но нельзя было сказать, что Ева – эгоистка. Наоборот, она никогда не была против того, чтобы с кем-нибудь поделиться или помочь. Добрая, отзывчивая и смелая – за эти качества её любили многие. Но не со всеми Ева могла найти общий язык. Она, как и любой другой человек на планете, имела множество недостатков. Ей часто приходилось лгать, когда она не видела другого выхода. А с её вспыльчивым характером Ева могла налететь на ни в чём неповинного человека и даже не извиниться перед ним, так как порыв гнева заставлял её забыть обо всём. Пожалуй, Еве просто повезло, когда она встретила Ким, Тома и Джо. Только они одни из всех, с кем она общалась, смогли понять её бунтарский характер. С тех пор она никогда не чувствовала себя одинокой.

Когда мистер Кон закончил беседовать с Евой, с ней заговорил врач.

- Ну Ева, должен признать, что ты очень сильная, крепкая и невероятно счастливая девочка! После такого чудовищного происшествия, когда тебя унесло на далёкое расстояние и ты упала с высоты, ты отделалась только небольшим сотрясением мозга и синяками. Теперь, Ева, ты для нас настоящий герой! – врач сказал это с искренней гордостью и протянул Еве свою руку. – Я рад за тебя не меньше твоих родителей.

- Спасибо, – Ева смотрела на доктора дружелюбным взглядом, отвечая на его рукопожатие. Он почему-то напоминал ей доброго клоуна из цирка, а съехавшие набок очки в толстой оправе, рассеянный взгляд и экспрессивная жестикуляция придавали ему комичный вид.

- Ах да, забыл представиться, – вспомнил доктор. – Я мистер Картер – твой лечащий врач. За голову можешь не волноваться, уверяю тебя, боль скоро пройдет. Но, несмотря на твоё стабильное состояние, я всё равно хотел бы понаблюдать за тобой…. И ещё… – мистер Картер нагнулся над кроватью Евы и понизил голос. – Твоя мама рассказала мне про тот странный сон, который привиделся тебе. Скорей всего, это просто от сильного шока. Я считаю, что тебе лучше провести несколько сеансов у специалиста. Ты ведь всё-таки такое пережила…..

 Ева попыталась отказаться. Напрасно.

- Я настаиваю, – твёрдо стоял на своём врач. При этом его очки ещё сильнее перекосились. – Дети, пережившие любое страшное событие, не должны отказываться от такой помощи! – он поднял вверх свой указательный палец. – Пойми, Ева, тебе всё это пойдёт на пользу. И, ах да, ещё тебе нужен свежий воздух. Он тоже помогает восстанавливать силы, – мистер Картер попросил мистера Кона открыть окно.

 В конце концов Ева согласилась с решением доктора. Она поняла, что спорить с ним так же бессмысленно, как и ему постоянно пытаться поправлять свои очки – как бы он ни старался, они всё равно будут криво сидеть на его носу.

В коридоре послышались торопливые шаги. У всех, находившихся в палате, сразу возникло ощущение, что к ним идут посетители.

 Они не ошиблись. Дверь резко распахнулась, и на пороге появились обеспокоенные тётя Рей и дядя Ренди. Оба крупные, запыхавшиеся от быстрой ходьбы, с огромными сумками в руках; она – темноволосая женщина с маленькими глазками и ярким макияжем, он – в галстуке и шляпе, из-под которой пробивалась первая седина, и большими усами. Мистер Картер был удивлён появлению новых посетителей, но миссис Кон объяснила ему, что это её сестра с мужем. Доктор, вежливо поздоровавшись с ними, по-видимому, решил, что здесь стало слишком тесно, и, сославшись на срочные дела, извиняясь, вышел за дверь.

- Ева, с тобой всё хорошо? – озабоченно спросила тётя своим высоким, но приятным голосом. Девочке пришлось ответить, что у неё состояние – лучше не бывает. Она не могла позволить тёте Рей лишний раз беспокоиться о ней. Тётя, с облегчением вздохнув, сказала:

- А я принесла тебе вкусненького, чтобы ты быстрее поправлялась, – и тётя начала доставать из своей большой сумки различные пирожки, слойки, пирожные. Она знала, что Ева обожает сладкую выпечку её приготовления.

Часто тёти или дяди любят побаловать своих племянников. Пытаются угодить им. Но не забывают и о том, чтобы воспитывать их. Вот почему, они нередко становятся вторыми мамами и папами. Такими были для Евы тетя Рей и дядя Ренди.

- Рей, не стоило…. – начала, было, миссис Кон.

- Ребёнку, который прошёл через такое, надо хорошо питаться, – не дала договорить Рей своей сестре. – Ева, мы тебе привезли ещё сладкий медовый тортик из кондитерской миссис Тимман.

При этих словах у Евы на лице выступило такое испуганно-восторженное выражение, что этим она очень удивила всех.

Дядя Ренди поинтересовался: неужели их племянница разлюбила один из своих любимых тортов?

- Нет, просто я не ожидала, что вы его привезёте, – ответила Ева, подумав о том, как же она ненавидит этот торт.

Неожиданно вошла медсестра и сказала, чтобы все покинули палату, так как больной нужен отдых. После этого она конфисковала всю выпечку, принесённую тётей Рей. Тётя начала возмущаться, но в ответ услышала лишь равнодушно-холодный голос медсестры: «По санитарно-больничным правилам в палате не должно находиться лишних вещей и тем более еды». Женщина попыталась снова возразить, но дядя Ренди сумел успокоить её. Все посетители стали выходить, обещая, что чаще будут навещать Еву.

Ева осталась одна в белой комнате. Слова родственников и послание друзей стали для неё лучшим лекарством от всех тревог и дали уверенность в завтрашнем дне. Она, взяв себя в руки, старалась больше не думать о кошмарных событиях. Но столь насыщенная эмоциями беседа утомила ещё слабый организм, и Ева легла на бок, спокойно закрыв глаза и мысленно повторяя: «Всё будет хорошо…»

Незаметно прошли две недели. Страшное видение постепенно стало казаться нелепым кошмаром. Врачам Ева запомнилась как вежливая и добрая девочка. Она многим успела понравиться. Мистер Картер даже не хотел её выписывать. Но так как претензий к состоянию пациентки не возникало, то это пришлось сделать.

Ева начала собирать свои вещи, аккуратно укладывая одежду, книги, плеер и ещё кое-какие мелочи в большую красную сумку. Скоро за ней должен был приехать папа. Когда она закончила сборы и подняла сумку, из её кармана выпала какая-то записка. «Наверное, это кто-то из соседней палаты вложил сюда свой номер телефона», – равнодушно подумала Ева о своих «временных» собеседниках. – «Ну что ж, я буду не против созвониться». Она нехотя поставила сумку обратно на заправленную кровать и присела, чтобы подобрать наспех оторванный клочок бумаги. Когда Ева развернула бумажку, то, как она и ожидала, увидела чей-то неподписанный номер телефона. «Тоже мне, поклонник…», – но каково же было её удивление, когда девочка, перевернув клочок бумаги на другую сторону, увидела странные иероглифы. И стоило ей моргнуть, как перед ней предстало короткое, написанное кривыми, словно кровавыми буквами, предложение. Решив, что иероглифы ей показались, Ева прочитала странное сообщение: «Они придут за нами…». Сначала у Евы по спине пробежали мурашки, она вспомнила о своём кошмаре. Но что-то внутри заставило её издать глупый смешок.

«Это самая жалкая шутка из всех, что я знаю, – презрительно подумала девочка, порвав бумажку и выкинув её в урну. – Похоже, этому шутнику, кто бы там он ни был, не удалась его задумка».

Неяркие, ещё утренние солнечные лучи падали на соседнее здание. В комнате было приятно свежо. Ева, взвалив сумку за плечо, вышла из палаты.

 

 

Глава четвёртая

 

Игра на выживание

 

- Ау! – воскликнул юноша, когда его голова ударилась о полку шкафа. Чернокрылый ангел находился в просторной комнате с разбитым окном, похожей на чью-то спальню, роясь в гардеробе и разбрасывая одежду. Хозяев не было дома. «Что же это за мир?! – уже не в первый раз задавал он себе вопрос, примеряя очередные брюки. – Не то, – и лжеангел швырнул их на пол. Ему надо было что-нибудь надеть. – Если ничего подходящего не найду, Охотники меня на смех поднимут, – подумал демон и осёкся. – М-да, с чувством юмора у меня неважно».

Ещё порывшись в гардеробе, он наконец-то нашёл то, что ему было нужно.

- Сойдёт, – подумал лжеангел, надев на себя узкие кожаные штаны. Затем поймал себя на мысли, что всё-таки ему в них непривычно. Ещё больше демон не мог привыкнуть к своему новому телу. Ему требовалось время, чтобы вспомнить, какого это быть в человеческом облике. Демон подошёл к окну, чтобы рассмотреть вид незнакомого ему современного городского пейзажа. Его походка была неуверенной, а корпус тела всё время тянуло назад – мешали массивные крылья. Из разбитого им же окна доносились звуки городской жизни, наполненные сигналами автомобилей и голосами людей: радостными, возмущёнными, грубыми и равнодушными… Он мог слышать и различать каждый из этих спутанных в общем гаме голосов. Но его не интересовали повседневные разговоры. Взгляд демона больше привлекал вид безмятежного синего моря вдалеке, расположенного за десятками гигантских конструкций из стекла и бетона, где отражались блики солнца. Он никогда не видел такого большого скопления воды. Но вскоре вид моря показался ему скучным, и лжеангел погрузился в раздумья.

Демон знал, что от страшной участи его спасла некая девочка. Ему так же было известно, что он связан с ней каким-то образом, и эта связь – единственное, что может спасти его от Охотников. Поэтому он должен найти её. К его счастью, они не знали о ней. Конечно, лжеангел понимал, чтобы найти эту девочку в таком большом городе, потребуется немало времени. Но это того стоило. Снаружи демон имел вполне спокойный вид и даже был весел в какой-то степени. Но внутри у него сидел страх. Страх за свою демоническую жизнь. Сейчас он стоял у окна, вдыхая испорченный выхлопными газами городской воздух, и думая, с чего бы начать поиски.

«Пожалуй, я пока останусь здесь, – непринуждённо решил лжеангел. – Мне нужно всё хорошенько обдумать. Время не ждёт, да и мои «друзья» усердно меня ищут, если уже…» – он не успел закончить свою мысль, оступился и, резко упав на спину, помял крылья. Несколько чёрных перьев взлетело в воздух.

- Человеческий мир, будь он проклят! – яростно выкрикнул демон сдавленным голосом, оказавшись на полу. Когда чернокрылый ангел посмотрел на то, что стало причиной его падения, то обнаружил безобидный на вид незамысловатый предмет – доску на четырёх колесах. Это был скейтборд, но демон, конечно же, не знал этого. «Да здесь хуже, чем в аду! В каждой людской вещице скрывается какая-нибудь гадость!» Лжеангел, со злостью откатив от себя доску, медленно стал подниматься на ноги, как вдруг всю комнату покрыла белая пелена тумана.

«Это явно не последствия падения…», – понял он и почувствовал, как сильно забилось его сердце. Городской гул внизу стих, время словно замедлило свой ход. Охотники, не спеша, появлялись из тумана, беззвучно крадясь. На них были бежевые одежды, их лица закрывали маски с выгравированной резьбой. Этим существам не нужно было зрение, чтобы выследить жертву. Они интуитивно знали, где находится тот, кого они ищут. Охотники ориентировались на эмоциональное состояние жертвы, особенно на такое сильное как страх. От них было почти невозможно убежать. Каждый из них держал в руках что-то наподобие посоха. Настигнув смертника, они выстреливали из своего «оружия» невидимыми нитями, которые крепко опутывали тело. После чего Охотники уносили нарушителей равновесия с собой на верную смерть.

- Эй, ребята, я вас уже заждался, – сказал демон с испуганной ноткой в голосе и, проговорив сквозь зубы: «Вот чёрт!» – резко вскочил с места и, что есть силы, рванул в окно.

Чернокрылый ангел взлетел ввысь и полетел навстречу пронизывающему до костей ветру. Он не мог совладать с огромными, непривычными для него крыльями, и поэтому его постоянно болтало вверх и вниз.

 

Демон знал, что охотники достанут его везде: на небе, на суше, под землёй. Он летел над оживлённым городом, пытаясь унять свои чувства. Но ничего не получалось. Страх, словно вырвавшийся на свободу зверь, бешено метался в груди. Демон знал, что у него сейчас нет шансов на спасение. Но всё-таки была одна мысль, как спастись. По крайней мере, он надеялся на это. Лжеангел решил смешаться с людской толпой, чтобы его эмоции спутались с эмоциями миллионов людей. Он спустился на землю и зашагал вместе с людьми. Люди не могли видеть или чувствовать его, как и любых других существ из потустороннего мира. Они разговаривали, смеялись, злились. Душевных состояний, окружавших демона, было целое море, в котором легко затеряться. Оглядевшись вокруг, он увидел, что Охотников нигде нет. Они словно исчезли. Но демон не мог успокоиться – что-то здесь было не так. Решив проверить, он взлетел над землёй. Вдруг что-то невидимое спутало его крылья, и он упал обратно в толпу. Люди автоматически обходили его, как будто знали, что здесь лежит демон. «Попался, попался…» – раздались вездесущие голоса, произносимые полушёпотом. Ему было невыносимо их слушать. Пытаясь освободиться, он извивался как мученик, горящий в огне. Ещё одна невидимая нить связала его тело. Среди спешащих людей появились Охотники и окружили жертву. Лжеангел попытался телепортироваться – использовать свои демонические способности пространства и времени, но нити как будто забрали все его силы. Демон, ещё какое-то время сражаясь за свою жизнь, перестал сопротивляться, поняв, что уже ничего не сможет сделать. Его ждёт неминуемая смерть, и все его планы так и останутся всего лишь задумкой. Но тут ему в голову пришла идея… Это уже начинало превращаться в интригующую игру «Кто кого перехитрит?». И на этот раз демону удалось их обмануть. Он вспомнил о связи, соединявшей его с девочкой. Лжеангел, до этого не зная, как её использовать, в опасный для себя момент подсознательно соединился с ней, отдав ей все свои эмоции. Он словно погрузился в её маленькое тело как погружаются под воду и потерялся в нём. Охотники хотели уже взять жертву, но неожиданно перестали её чувствовать. Демон сумел быстро освободиться от прозрачных оков. Они думали, что он испарился в воздухе, стали искать его, оглядываясь по сторонам, но напрасно. Охотникам ничего не оставалось делать, как взлететь в воздух и раствориться в тумане.

Демон, оставаясь без движения ещё несколько секунд, вернул свои эмоции обратно. За это время он успел понять, что такое «погружение» чем-то похоже на смерть – ты покидаешь своё тело, но, при этом, всегда можешь вернуться в него обратно. Затем чернокрылый ангел, распустив свои помятые крылья, грузно взлетел вверх. Ему нужно было срочно найти укрытие, чтобы восстановить силы, потраченные на борьбу с Охотниками. Изгнанник долго искал себе убежище, но, в конце концов, его выбор остановился на чердаке старого нежилого здания в одном из самых отдалённых районов города, непримечательном на вид. Он решил ещё раз написать «своей знакомой» пару строк… «Где же ты, незнакомка?» – коварно подумал он. На чердаке лжеангел нашёл битые стёкла; подобрав осколок, лежавший рядом с ним на полу, сильно надавил себе на руку и, проведя им по коже, вывел надпись на языке демонов. Кровавые буквы медленно, одна за другой, исчезли, не оставив на руке ни следа. «Малышка уже умеет читать…» – злорадствовал демон.

 

 

Глава пятая

 

Кровавые послания

 

В полдень того же дня Еву выписали из больницы. Обняв колени, она сидела на диване у себя дома, чем-то очень сильно напуганная. Её трясло так, словно совсем недавно она пережила ещё одну катастрофу – у неё было такое ощущение, что в неё что-то вселилось. Ей пришлось испытать сильное эмоциональное потрясение.

Ева обсуждала с родителями дни, проведённые в больнице. Они сидели в гостиной за небольшим столиком, ведя беседу за чашкой чая. В своём рассказе она особенно выделяла мистера Картера, который, несмотря на преклонный возраст, сохранил отменное чувство юмора. Иногда в обеденный перерыв Ева заходила к нему в кабинет, чтобы просто побеседовать с ним и поднять себе настроение. Мистер Картер угощал её вкусным печеньем, которое он пёк сам, и рассказывал юной посетительнице интересные случаи с пациентами из своего жизненного опыта.

 Членам семьи было приятно видеть друг друга снова счастливыми. В комнате витала спокойная, тёплая атмосфера. Но неожиданно миссис Кон задала Еве вопрос, который та не хотела бы сейчас слышать:

- Ева, помнишь, ты мне рассказывала о сне, когда ты очнулась после того страшного события. Тебе больше не снились подобные кошмары? – Еве сразу же вспомнились те жуткие картины…

- Нет. И давай не будем вспоминать об этом, – попросила девочка, пытаясь снова освободиться от засевших в голове негативных мыслей, раздражающих её не хуже мигрени. Мистер Кон с некоторым подозрением посмотрел на свою жену и дочь, но промолчал. Он не понимал, о чём они говорят, и решил не вмешиваться. За столом ещё какое-то время держалось напряжённое молчание. Миссис Кон тревожно смотрела на Еву, а мистер Кон, не спеша, допивал свой чай, читая газету. Затем он решил поговорить о новостях, которые сегодня смотрел по телевизору, но его прервал тихий вскрик Евы. Родители испуганно посмотрели на неё. Девочка оперлась локтями о стол, держась руками за голову.

- Ева, всё в порядке? – настороженно спросил папа.

- У меня сильно болит голова. Я… я сейчас… – Ева быстро встала со стула и понеслась в ванную комнату.

Оказавшись в ванной, она закрыла дверь на замок. Голову раскалывало от боли, как ореховую скорлупу под прессом. Она наклонилась над раковиной и посмотрела на себя в зеркало. Девочка увидела своё бледное отражение, но глаза… с ними было что-то не так. Они покрылись чернотой, и от этого ей казалось, что на неё смотрел её злой двойник. Ева попятилась назад, но внезапно ощутила какой-то сильный чужой страх, смешанный с нарастающим гневом. Состояние, от которого она была готова просто разорваться на части, было невозможно описать. Страх нарастал с такой силой, что переходил в боль, перехватывая дыхание. У неё затряслись колени, дрожь шла по всему телу. Ноги Евы сами собой подкосились, и она, зацепившись за край ванны, упала на холодный пол из кафельной плитки, катаясь по нему, как дикое животное. Она схватила себя за волосы, на глаза навернулись крупные слёзы от невыносимого давления в голове. Еве казалось, что в неё что-то вселилось, заставляя страдать и сходить с ума… Такого бешеного круговорота эмоций девочка не испытывала никогда. Сцепив руки, она машинально повторяла вслух одни и те же слова, словно читая молитву, которая может избавить её от нестерпимых страданий: «Это пройдёт, это пройдёт…». В глазах начало темнеть, ей показалось, что её маленькая сущность рассыпается на тысячи маленьких кусочков и падает в пустоту, что кто-то пожирает её изнутри. Ещё чуть-чуть, и она бы не выдержала, но ужасное состояние как будто смыло прохладной волной. Оно отступило так же внезапно, как и началось.

 Перед глазами замельтешили чёрные точки. Когда Ева, почувствовав облегчение, стала приходить в себя, то услышала громкий стук в дверь и крайне встревоженные голоса отца и матери:

- Ева, открой дверь! Господи, что там с тобою происходит? Ева, Ева! – Девочка кое-как доползла до дверной ручки и повернула замок. Как только дверь открылась, она вывалилась из ванной, тяжело дыша, с широко открытыми от потрясения глазами. Она не смогла сказать ни слова – все её силы были исчерпаны. Мистер Кон бережно поднял её на руки и понёс в гостиную, где они ещё совсем недавно мирно пили чай.

 - Ева, вот, выпей, тебе это должно помочь, – в комнату, где сидела напуганная девочка, вошла мама. Она принесла ей настойку из успокаивающих трав.

- Папа вызвал доктора – он скоро приедет. Как твоя голова? – на вопрос Ева только еле кивнула. Ей хотелось плакать. Она чувствовала себя разбитой и беззащитной. Ева всё думала о том, что увидела в зеркале во время приступа. Эти чёрные глаза были настолько реальным явлением, что очень глубоко засели у неё в памяти. У Евы было такое ощущение, что в зеркале было не её отражение. Что кто-то другой, могущественный и безжалостный, вселился в неё. Сердце девочки учащённо забилось: сначала кошмар, а теперь и это. Что же с ней, в конце концов, происходит?

- Милая, очнись, пришёл врач, – Еву «разбудил» ласковый голос миссис Кон. Когда девочка очнулась, то обнаружила, что на её плечи накинут мягкий зелёный плед, – она так погрузилась в размышления, что не замечала происходящего вокруг. В коридоре послышались два голоса: негромкий, сдержанный был у её отца и вежливый, приятный, с чуть заметным хрипом – у незнакомого человека.

- Джордж Кон, – поздоровался мистер Кон.

- Освальд Зелинский, – ответил молодой энергичный человек. Они обменялись рукопожатием. Затем отец провёл доктора в гостиную. Ева увидела статного мужчину в белом халате с серыми пронизывающими глазами.

- Здравствуй, – он протянул ей руку. Ева тихо поздоровалась, неуверенно дав свою влажную ладонь.

- Пожалуй, приступим к беседе. Ты сможешь описать мне твой приступ? – доктор Зелинский поудобнее сел на предоставленный ему стул и приготовился слушать Еву. Девочка рассказала ему о своём состоянии, припоминая всё, что чувствовала в тот момент, но умолчала про отражение в зеркале, решив, что не стоит никого посвящать в эту мистику. Выслушав её, доктор стал странно задумчивым. Миссис Кон сказала, что Ева две недели назад пережила страшное событие, предположив, что, возможно, как только она о нём напомнила, спровоцировала приступ, и её дочь заново пережила весь этот кошмар.

- Вы говорите про тот смерч, который прошёлся по маленькому городку Виквинду? Да, я слышал о нём. Про него тогда сообщали во всех средствах массовой информации. Правда, странно?

 Затем врач приступил к осмотру, убедившись в том, что никаких отклонений в состоянии здоровья нет.

- Я думаю, Ева, что тебе придётся проконсультироваться с психотерапевтом, ведь это всё очень серьёзно, – подытожил доктор. – А пока я выпишу тебе кое-какие лекарства для нормального функционирования нервной системы.

- А может, её повторно госпитализировать? – спросил мистер Кон, сложив руки на груди.

- Нет, я считаю, нужно просто пока за ней понаблюдать. На вид Ева здоровая и сильная девочка. Я, правда, не припомню такой бурной возбудимости чувств во время припадка, с этим я сталкиваюсь впервые. Но, надеюсь, этого больше не повторится, – и доктор Зелинский достал из кармана своего халата листок бумаги и ручку. Написав рецепт, он протянул его Еве. Миссис Кон предложила ему выпить чашечку чая, но врач, со свойственной ему вежливостью, отказался, ввиду своей занятости. Мистер Кон расплатился с доктором за консультацию.

Ева принялась читать рецепт. Почерк был такой резкий и неразборчивый, а названия медикаментов такими длинными, что она удивилась: как врач понимает то, что пишет. Неожиданно над непонятными записями доктора Зелинского стали появляться красные пятна. Ева как зачарованная смотрела на них. Затем они стали медленно сливаться в странные буквы, которые она уже где-то видела. Прошло несколько секунд, и иероглифы стали превращаться в слова, которые Ева могла прочитать. На бумажке кровавыми буквами было написано: «Они придут снова, верь мне…». Ева ошарашено посмотрела на эту фразу.

- Мам, – тревожно сказала она.

- Да, Ева, ты что-то хотела сказать? – спросила сидящая рядом с ней миссис Кон, которая перебирала таблетки в домашней аптечке.

 - Смотри, какие странные слова, – Ева протянула ей листок с рецептом.

Мать с некоторым недоумением посмотрела на бумагу и широко улыбнулась:

- Ева, это почерк мистера Зелинского. Большинство врачей пишут так неразборчиво.

- А те красные слова? – удивилась её дочь.

- Господи, Ева. Прекрати же ты, наконец, меня пугать! Тебе это уже в который раз удаётся. Про какие красные слова ты говоришь? Здесь только запись доктора, – немного повысив голос, возмутилась миссис Кон.

«Похоже, что мама их не видит», – с огорчением подумала Ева.

- Да я просто… просто решила тебя напугать, – с неуверенностью сказала девочка. Ева посчитала, что будет лучше, если она не станет добавлять к странному приступу и галлюцинации. Ева ещё раз посмотрела на послание, чтобы убедиться, что ей всё это не кажется. И тут она вспомнила, где видела эти слова. Утром в больнице она тоже читала похожую записку, приняв её за шутку.

- Ева, я вижу, ты сильно переутомилась. После такого тяжёлого потрясения тебе надо обязательно поспать, – велела мать со свойственной ей строгостью. Ева, не возражая, пошла в свою комнату, негромко хлопнув дверью.

Она свернулась клубком на мягкой кровати и погрузилась в раздумья. В уютной комнатке преобладал нежно-зелёный цвет. Свет солнца, попадавший в окна, падал на её волосы и озарял их блеском. В комнате было много книг, которые купили родители для расширения её кругозора (по крайней мере, они так считали). Но книги – от различных томов энциклопедий до тонких журналов – покрылись толстым слоем пыли, так как Ева никогда не испытывала особого пристрастия к ним. На стене висело несколько картин, которые она сама написала масляными красками. Ева хорошо рисовала природу, но больше всего её увлекали пейзажи на морскую тему. На картинах, висящих в комнате, были изображены все три состояния моря: штиль, небольшой ветер и шторм. Картины дополняли красочные изображения разнообразной морской флоры и фауны. Несмотря на то, что она никогда не занималась живописью профессионально, у неё был талант к рисованию. По разным углам комнаты были разбросаны футбольные мячи. Ева начала увлекаться футболом, когда познакомилась со своими друзьями в Виквинде, которые и научили её играть. Рядом с окном, на котором висели тёмно-зелёные шторы, стоял стол с компьютером, где лежала незаконченная картина Евы, изображающая бледно-розовый рассвет в её окне.

 Незаметно Ева стала погружаться в полудрёму. Она боялась осознать, что происходит что-то невероятное. Кто-то пытается с ней связаться или даже напугать её, посылая эти загадочные предупреждения. Ева не была абсолютно уверена, что отправитель не желает ей зла. А этот противоестественный приступ, может быть, он тоже связан с теми посланиями. И почему их видит только она? Всё это было настолько невероятным, что Еве было легче думать, что она спит. Но чем больше девочка уверяла себя, что это невозможно, тем больше она понимала, что всё происходящее с ней – правда. Ева не знала, что ей делать, – наверное, любой человек на её месте пришёл бы в замешательство. Она видела лишь один выход: игнорировать эти послания. Этот выход подсказал ей страх. Её всё время посещала тревога, особенно, когда девочка понимала, что имеет дело с чем-то сверхъестественным. Она подумала, что этот инкогнито хочет её запугать, посылая что-то вроде предупреждений. Ева наивно полагала, что если она не будет обращать внимания на эти послания, то неизвестному отправителю надоест вся эта затея. Но кто же он, этот отправитель? А может, тот сон, что она видела, был правдой и тот демон – он и есть?.. «Невозможно», – резко оборвала она вслух свои мысли, почувствовав, как от собственных размышлений прошлась неприятная дрожь по телу. Девочка накрылась одеялом с головой, как будто пыталась спрятаться от чего-то. «Я просто нездорова.… Вот поправлюсь и….» – сил думать у Евы больше не осталось. Глаза стали сонно слипаться, и девочка не заметила, как уснула.

На следующий день Еве пришло ещё одно послание. Девочка сидела за столом, листая журнал. Она даже не помнила, как начала читать его. Ева просто искала способ отвлечься от сверхъестественных явлений, весь день находясь в странном, трясущем тело, возбуждении. Темы журнального номера совсем её не интересовали. Глаза бегали по строчкам, не вникая в их смысл, больше внимания уделяя картинкам. Когда она в очередной раз перевернула страницу, на глянце с другой стороны стали проявляться красные пятна, которые постепенно стали превращаться в загадочные знаки. Ева не хотела знать, что на этот раз написал ей таинственный посланник – она со злостью вырвала страницу из книги и порвала её на много маленьких кусочков. К удивлению Евы, ей стало от этого легче, словно она избавилась от ненужного мусора. Но это облегчение не долго радовало её. Она понимала, что тот, кто отправляет ей послания, так просто не сдастся.

 В этот же день Ева, ища ещё какое-нибудь средство, чтобы прийти в себя и взбодриться, решила прогуляться. Она шла по пасмурному городу, опустив голову и засунув руки в карманы. Холодный ветер обдувал её со всех сторон. Мимо проходили хмурые люди. Рядом с девочкой неосторожно проехал мужчина на велосипеде, больно задев её за плечо и не извинившись. Из его кармана выпала сегодняшняя газета. Ева, держась за ушибленное место, опустила на неё взгляд. На газете, поверх текста, стали появляться кровавые буквы. Но Еву это уже не удивляло. Мимо неё по глубокой луже проехала машина. Мощные брызги попали на бумагу, которая промокла и размякла. Ева равнодушно смотрела на расплывающиеся иероглифы, ещё не успевшие расшифроваться. Кровь от букв потекла по асфальту. Девочка, наступив на газету, пошла дальше.

Всё это становилось ненормальным. Ева, по-прежнему игнорируя письма из потустороннего мира вселенной, неустанно рвала, комкала, выбрасывала и даже сжигала «помеченную» бумагу. В течение пяти дней продолжалось это безумие. Посланнику из другого мира не хватило терпения, и он решил сдаться. Навязчивые записки исчезли. Ещё какое-то время девочка настороженно ждала их, каждый раз осторожно листая печатные издания. Но ничего не происходило. В какой-то момент Ева почувствовала спокойствие, какого уже давно не испытывала. Но где-то глубоко в душе всё ещё «скребли кошки», как будто это было всего лишь затишье перед бурей.

 

 

Глава шестая

 

План

 

Внизу мельтешил густой поток машин и людей. Сверху они казались игрушечными, а их суета – нелепой. Демон сидел на крыше высокого небоскрёба, сложив крылья и глядя на горизонт, куда уходили бесконечные городские здания. «Зачем она игнорирует меня? Она мне только всё портит. Рано или поздно они всё равно отыщут её, и тогда мне придёт конец. Я бы уже давно нашёл эту девчонку, если бы она не вела себя так. Наша связь слабеет с каждым её нежеланием вступить со мной в контакт. Глупая, боится меня, а я ведь так устал быть навязчивым. Когда же, наконец, я выберусь из этого мира и не буду вечно прятаться от Охотников, чёрт бы её побрал!» – в его неслышной речи нарастал гнев. Демон ещё сильнее сжал руки так, что они побелели. Но через мгновение его лицо приобрело более спокойные черты. «Всё же, здесь есть и свои плюсы. Она не может воспользоваться этой связью. Она давно бы применила её, не будь обычной смертной, так что никакой угрозы для меня эта девчонка не представляет. И в то же время я нуждаюсь в ней, чтобы выжить в этом мире. Она является для меня неким резервом, куда я на время могу помещать свои эмоции, чтобы Охотники не нашли меня… Чушь! Самому верить не хочется – я завишу от слабого маленького человека! Я!» – лжеангел почувствовал к себе некоторое презрение. – «Но мне придётся беречь её до поры до времени. Я знаю, как она страдает из-за меня, когда я вселяю в неё свою душу. Она не может долго находиться в таком состоянии. Мои чувства слишком сильны для этой девочки, но всё равно мне придётся сделать это снова, рано или поздно. Надо срочно найти её и убедить, что я для неё не опасен, войти в доверие к этому наивному существу», – на лице чернокрылого ангела появилась коварная улыбка, которая выявляла всю его демоническую сущность. «А потом, когда мы будем рядом, я избавлюсь от неё с помощью Охотников. Они сделают за меня всю грязную работу. Ни один из нас не будет жить спокойно, пока я или она не будем мертвы. Но… Она погибнет, а я перестану быть изгнанником и спокойно вернусь в свой мир.… У неё даже шансов на спасение нет. Слабое, жалкое существо… Я уже всё просчитал», – закончив на этом свои раздумья, лжеангел, довольный собой, не спеша, встал и вдохнул полной грудью холодный воздух, к которому он уже привык. Свежесть, холодя, прошла по его лёгким. Он расправил свои огромные чёрные крылья и взмыл в серое небо.

Все эти дни он провёл в том старом здании, которое использовал как временное укрытие от суетливой городской толкотни и шума. Демон пытался укрепить связь с девочкой, посылая предупреждения. Он знал, что его послания будут появляться на материи, окружающей её, и использовал специальный демонический шифр, который она могла без труда прочитать с помощью объединяющей их связи. С тех пор, как она начала игнорировать его письма, демон, одержимый злостью, неустанно отправлял ей послания – не давая зажить свежим ранам. Её упрямое поведение просто выводило его из себя. «Да она хуже чёрта!» – этой фразой сопровождалась каждая неудачная попытка. И только спустя несколько дней, демон решил отступить, поняв, что эта затея бесполезна. На эти послания только зря растрачивались его силы.

Остаток времени лжеангел проводил в своём укрытии, разрабатывая новый план, прячась днём от ненавистного ему солнца по тёмным углам чердака.

Здание когда-то было международным математическим институтом, но, как и другие строения, оно отслужило свой срок и дожидалось сноса. Здесь царила тишина, особенно по ночам, очень благотворно влияющая на невидимого жителя. Редко, когда в этом, как будто огороженном от всего мира, месте раздавался слабый шум от пролетавших мимо птиц или хруста битых стёкол под ногами.

Он точно знал, что она находится в этом городе. Здесь ощущалось её присутствие. Но город был таким большим, что связь, за которую он держался, просто-напросто терялась среди миллиона эмоций. Они мешали демону улавливать контакт, и он делал всё возможное, чтобы не потерять эту нить. Он заметил, что связь начинает проявляться со всей силой только тогда, когда у него возникает сильный стресс. Демон решил, что в этом ему помогут Охотники, так как само их присутствие заставляет его неосознанно и сильно нервничать. Им подсознательно овладевает страх, потому что он боится потерять эту связь и понимает, что если не успеет «спрятаться», то всё будет кончено.

Однажды он чуть не потерял её, когда усердно пытался найти девочку, и, распутывая огромное количество людских чувств, долгое время оставался без малейшего движения. Демон так увлёкся этим, что не сразу почувствовал, как ведущая его нить исчезла. Его охватил дикий страх: ему показалось, что он лишился не только самого важного на свете, но и потерял способность жить. С каждой минутой этого состояния он, глотая ртом воздух и согнувшись пополам, в гневе кидал и крушил вокруг себя старую деревянную мебель, находящуюся на чердаке. Когда связь всё же вернулась к демону, он всё ещё в нервных судорогах, лёжа на полу, сплошь покрытому осколками и щепками, хохотал истеричным смехом. После того случая лжеангел решил так не рисковать, чувствуя, что не сможет пережить это во второй раз. Но кое-что давало ему уверенность, что он всё-таки найдёт эту девочку. Связь стала более чёткой, иногда до него даже доносилось слабое эхо её голоса. Однако этого было ещё не достаточно, чтобы точно определить, где она находится.

Демон знал, что его, как потустороннее существо, Охотникам было легче найти, чем девочку. И он решил устроить с ними ещё одну встречу. Он ужасно нервничал, так как первая часть плана была очень рискованной и требовала от него полной самоотдачи. Для того, чтобы Охотники без труда смогли его обнаружить, демону достаточно было высвободить свою силу, которая может выявить его адский облик. Чутьё Охотников наиболее остро среагирует на него, чем на его ненастоящую наружность. Лжеангел знал, что идёт на безумие, открыв Охотникам прямой доступ к себе, – он мог полностью лишиться сил. И тогда у него уже не будет возможности выжить в этом мире. Но не испытав судьбу, он никогда не найдёт девочку. У демона не было другого выхода.

После того, как чернокрылый ангел взлетел с небоскрёба, он направился осуществлять первую часть своего плана. Демон дождался темноты, когда большинство людей разошлось по домам, освободив от лишних для него эмоций городские «артерии», и когда всё покрылось разноцветными огнями. Лжеангела захватывало зрелище ночного города. Ему нравилось наблюдать за тем, как зажигаются окна домов, телевизионные вышки и вывески магазинов и кафе, как поток машин сверху сливается в блестящую ленту, завораживая своим видом. Демону начинало казаться, что он находится в другом мире.

Пролетев мимо зданий, мерцающих огнями, и ощутив на себе всю прохладу ночного ветра, лжеангел отправился на поиски тихой, безлюдной улицы. Летая над полупустыми кварталами, он наконец-то приглядел себе подходящее место. Демон бесшумно приземлился на серый асфальт. Он оказался в бедном квартальчике. В домах, обветшалых и некрасивых, одиноко горели окна. Кое-где светили фонари. Вокруг – ни души. Но вдруг рядом с демоном раздалось угрожающее шипенье и фырканье. Он обернулся. На него смотрела кошка такого неприметного окраса, что она сливалась с асфальтом. Она не видела демона, но ощущала его присутствие. Он медленно подошёл к ней и взял за шкирку. В ответ агрессивное животное вцепилось когтями в его руку, и демон резко отшвырнул кошку в сторону. «Чудной зверь, – подумал он, когда кошка, стремительно убежав, растворилась в ночной мгле. – Ну что ж, приступим».

 Он встал посередине дороги и начал медленно концентрировать в себе силы. Его мышцы сильно напряглись, он зажмурил глаза и широко раскрыл крылья. Через тело демона пошёл поток энергии. Казалось, ещё минута, и он не выдержит, разлетится на куски. Дыханье перехватывало, напряжение росло, внутри лжеангела пробуждалась его настоящая сущность.

- Где же вы, друзья, покажитесь! – выкрикнул лжеангел, подняв вверх голову.

Ещё какое-то время он продолжал держать все свои силы в напряжении, но не просчитал, сколько это будет длиться, и вызвал выброс энергии. Резкой ударной волной выбило ближайшие окна, а его отнесло на несколько метров. Большой энергетический взрыв оставил после себя глубокую дымящуюся воронку на асфальте.

- Дьявол… – произнёс демон сдавленным хриплым голосом. Он потратил почти все свои силы. Теперь он лежал на земле беззащитный, иссушенный до капли и находящийся где-то между жизнью и смертью – идеальная жертва для Охотников. Но кое-что ещё тёплой жилкой пульсировало в нём, медленно растворяясь. Охотники должны были появиться именно сейчас и ни минутой позже, иначе он мог потерять и связь. Он должен воспользоваться ею только с Их приходом, или она ему больше не понадобится. Демон потерял способность говорить и двигаться, в замершем состоянии ожидая появления своих врагов. Он не мог проиграть, не мог!

Сердце отчаянно трепыхалось, а голову, как иглой, колола острая боль. Демон начал медленно засыпать, как вдруг его тело окутал густой непроглядный туман. Охотники, держа свои посохи наготове, крадучись, появились из серой пелены.

- Попался, попался! – ликовали они своими размноженными голосами, окружая его. Демон, приоткрыв один глаз, произнёс слабым голосом:

- Вот гады, хотят, чтобы я помучился… Ничего, сейчас я с вами поиграю…

Лжеангел «ухватил» ускользающий обрывок связи и ушёл в небытие, потратив на это остатки сил, снова почувствовав на себе знакомые ощущения погружения в слабое, отчаянно сопротивлявшееся тело. «Где он? Где он?» – обезумевшие от ярости Охотники растерянно метались по кварталу, не веря, что их жертва опять смогла от них ускользнуть. В это время демон с нескрываемой радостью чувствовал, что его связь с девочкой становится сильнее с каждой секундой. Когда Охотники, снова потрясённые исчезновением демона и обыскавшие каждый закоулок в квартале, растворились в тумане, он вновь вернулся в своё тело. Теперь лжеангел мог найти эту девочку. Ему нужно было только следовать за ведущей его связью. Он знал, как бешено колотится её сердце, как тяжело она дышит, пытаясь, как и он, прийти в себя. «Погружение» забрало все его силы. Демон нуждался в их восстановлении, прежде чем предстанет перед ней.

Ещё немного полежав на холодном асфальте, не обращая внимания на людей, которые вышли из своих домов, потрясённые неведомой силой, выбившей окна в их домах и оставившей после себя глубокий след, он кое-как приподнялся и, хромая, пошёл прочь. У демона не оставалось сил даже на то, чтобы взлететь. Лжеангел медленно брёл куда глаза глядят вдоль опустевшей улицы и тихо смеялся. В нём появилось то царственное спокойствие, которое он лелеял в глубине своей чёрной души. А его план шёл как по маслу, осталось только осуществить самую сложную часть.

Чтобы быстрее прийти в норму, демону требовалось найти такое место, которое бы находилось ближе к его миру. Этим местом он выбрал пещеру недалеко от Белбриджа. Вход в пещеру был залит водой во время морского прилива, но если пробраться в неё дальше, то можно было выйти на сухую поверхность. Там временно и остановился демон. Он чувствовал себя хозяином этой пещеры, ему нравилась её непроглядная тьма.

Когда лжеангел почувствовал себя лучше, он начал с ликованием погружаться в эмоциональный клубок города, не спеша, распутывая каждую его нить, всё ближе подбираясь к маленькой девочке. Демон уже не боялся потерять её как в прошлый раз.

Связь не ускользала от него, она плавно вела лжеангела к девочке, и это означало, что скоро его поиски должны закончиться. Ничто уже не могло помешать этому.

 Так прошло ни много ни мало – две недели. Демон, наслаждаясь проникновением в головы и души людей, через ведущую его связь, не хотел делать это быстро. Он горел желанием изучить весь город от начала до конца, чтобы ни одна эмоция не ускользнула от него.

Его сознание было закрыто от внешнего мира. Где-то рядом слышалось, как, отбивая ритм, падают капли с растущих сталактитов на сталагмиты. Эти звуки успокаивающе действовали на его слух. В пещеру падал нежный розовый луч ещё только появившегося на горизонте утреннего солнца, не доходивший до её конца, где сидел он. Глаза демона были закрыты, и он почти не дышал. Опять погрузившись в эмоциональную жизнь людей, лжеангел следовал за ведущей его нитью. Неожиданно нить кончилась, как будто он попал в тупик. Но это не напугало демона, напротив, он был этому очень рад, изобразив на своём ненастоящем лице довольную улыбку, медленно открыв глаза. Это могло означать лишь одно: он нашел её. Демон узнал, где она находится, и ему сейчас же захотелось отправиться в путь. Он ощущал рядом с ней присутствие других людей с их различными эмоциональными состояниями, но его интересовала только она, и, похоже, в ней зрело негодование. Вторая часть плана начиналась: нужно было войти к ней в доверие.

- Я снова в игре, – тихо произнёс лжеангел. От его слов повеяло недобрым замыслом. Затем, размяв крылья, вылетел из своего укрытия.

 

 

Глава седьмая

 

Явление демона

 

Закончилось жаркое лето. Для Евы оно стало самым странным и незабываемым. Прошло полмесяца с тех пор, как начался учебный год. Ева пошла в восьмой класс с надеждой на то, что серые школьные будни как-нибудь сами собой скрасятся и перестанут быть однообразными. Она мечтала об этом перед каждым началом учебного года, хотя и понимала, что это безнадёжно. Уроки, перемены, однотонная школьная форма, одноклассники, с которыми она почти не общалась. Школьные дни становились для Евы сплошной рутиной, и тогда ей хотелось просто взвыть от такого «наказания». А ещё ей так не хватало друзей…. Если бы кто-нибудь спросил Еву о днях, проведённых в Виквинде, то она могла бы рассказывать о них целыми днями, припоминая всё до мельчайших деталей. Сильно скучая, Ева вспоминала о тех тёплых беззаботных деньках с друзьями на всех школьных занятиях.

Но не спадающее ощущение напряжённого затишья перед чем-то неведомым до сих пор не отпускало Еву. Ей всё время казалось, что за ней постоянно кто-то следит, хотя кровавых записок она давно уже не получала, да и приступы постепенно стали отходить на второй план. Жизнь неспешно шла своим чередом.

Этим вечером у неё испортилось настроение. Глядя на массивные тучи, которые закрывали чуть появившуюся на небе белую луну, Ева понимала, что к утру погода совсем испортится. Над головой будет унылое небо, которое могло затянуться тучами на целую неделю, а то и дольше – такова была осень в Белбридже. Завтра суббота, а это означает для Евы начало тяжёлого утомительного дня….

Всё дело в том, что ей надо было пойти в школу, чтобы отработать своё пенальти у мистера Тора, учителя географии. Сегодня, на большой перемене, Ева играла с ребятами из разных классов в футбол. Игра велась на небольшом асфальтированном поле, которое находилось рядом со школой. Пытаясь попасть в маленькие ворота с восьмиметрового расстояния, Ева не рассчитала силу удара и попала мячом в штангу, напугав вратаря. Мяч, ударившись о железную преграду, отлетел от неё и попал в открытое (на счастье Евы) окно класса географии, где в тот момент находился мистер Тор. После звуков ломающихся глобусов, падающих физических и политических карт послышались проклятья разгневанного учителя, а затем в этом же самом окне показалось его красное лицо с воплем: «Кто посмел?» Ребята, как и ожидала Ева, быстро её сдали – никому из них не нужны были лишние подозрения мистера Тора. И после этого инцидента у Евы начались неприятности: сначала директор, потом звонок родителям, выговор, наказание на всю субботу от учителя географии, и, в конце концов, оплата родителями испорченного школьного имущества. Можно даже не говорить о том, что футбол на школьной площадке стал запрещён. Половина учеников, играющих тогда с Евой, ужасно на неё обозлилась; теперь каждый день они напоминают ей об этом неприятном случае, подкарауливая на каждом углу. Другая половина, хотя и меньшая, наоборот, поддержала девочку, так как считала, что ябедничать – последнее дело. Родители Евы сильно расстроились, узнав о проступке их дочери, и долго проводили с ней воспитательную работу, после которой у девочки ещё часа два гудела голова. Таких ужасных дней у Евы не было уже давно. Теперь ей предстояла уборка в классе географии, но что самое худшее – заниматься этим придётся под контролем мистера Тора, и, значит, слушать его занудный голос с противными наставлениями: «Этот стол ты не так подвинула, этот глобус не так поставила!….»

Представив эту пренеприятную картину, Ева хотела, было, с досадой пнуть по лежащему рядом мячу, но быстро передумала: а вдруг она опять что-нибудь сломает? Тогда родители её точно упрёками замучают. Но всё же, кое-что могло улучшить её мрачное настроение. Ева знала, как гордились бы ею друзья, если бы узнали об этом происшествии. Они бы по достоинству оценили её мастерство попадания в чужие окна. У Евы внезапно возникло желание позвонить в Виквинд, хотя бы родственникам, но она тут же вспомнила: после смерча там до сих пор не налажена связь. К тому же, мистер Кон запретил ей пользоваться любыми средствами связи, отобрав у неё даже мобильный телефон. Друзья должны были приехать к ней только через четыре недели, и это навевало на Еву тоску.

Ева ещё какое-то время постояла у окна, а затем легла в постель, с головой укутавшись в одеяло. Теперь её интересовал только сон и ничего больше.

… В глазах у неё всё помутнело, когда перед ней серым расплывчатым пятном появилась улица с низкими домами. Все контуры окружавших её предметов были смазаны, и Ева не могла различить границ между ними, теряясь в пространстве. Это место было ей совсем незнакомо. Девочка лежала на земле и не могла понять, как она здесь оказалась. Её тело ныло от изнеможения. Она хотела встать, но не могла – как будто её поместили в чужое тело. Ева слышала, как рядом с ней раздавалось чьё-то тяжёлое дыхание, как сильно билось чьё-то сердце. Голова отказывалась думать, все мысли просто летели в пустоту. Она была сейчас настолько беспомощна и обессилена, что ей просто оставалось ждать, когда всё это закончится. Мысли ещё тревожили её, а тело уже проваливалось в никуда…

Широко открыв глаза, девочка резко приподнялась в кровати, задержав воздух в лёгких. От пришедших в движение мышц, тело охватило болезненное покалывание. Ева слабо простонала и, глубоко выдохнув, упала на кровать. Проснувшись от того странного сна, она с ужасом обнаружила, что все ощущения в нём были реальными. Её руки и ноги тряслись от сильного перенапряжения, а сердце взволнованно билось в груди. Еву охватило нехорошее предчувствие. Она лежала, не двигаясь, и пыталась сообразить, что же это было. Мысли постепенно стали проясняться, как вдруг знакомая пронизывающая боль ударила ей в голову «железным молотком». От неожиданности Еве захотелось громко закричать. То, что снова вселилось в неё, словно прожигало изнутри. Стерпев, она крепко сжала зубы, держась за голову. Послышались чьи-то повторяющиеся невыносимым полушёпотом голоса: «Где он? Где он?..». Накативший огромной волною страх, стал снова душить Еву, переплетаясь с чужой коварной радостью. В её теле бушевало множество эмоций, вытесняя душу – ей одновременно хотелось плакать и смеяться. Вселившееся в Еву нечто не щадило и не хотело отпускать её. Когда порыв чувств вместе с болью достигли своего апогея, девочка, в слезах катаясь по кровати от мучений, упала на пол. В голову как будто с двух сторон воткнули спицы. Еве казалось, что её душа стала пластилиновой, и теперь неведомое, издеваясь над ней, грубо мяло её, вытягивая из тела. Закрыв глаза и дрожа всем телом, Ева молила Бога о том, чтобы это нашествие ниоткуда поскорее закончилось. Внезапно внутри что-то сильно кольнуло девочку в грудь, заставив резко вздрогнуть, и она, громко вскрикнув, ушла в небытие.

Разбудил её шум от падающих на подоконник крупных капель дождя. Девочка лежала в постели, бережно укрытая до плеч одеялом. «Мама», – поняла она. Постепенно восстанавливая в памяти ночное происшествие, она чувствовала такое отчаянье, как будто беспощадная рука посетителя её души всё ещё не отпускала её.

- Господи, зачем? Почему именно я? – хриплым голосом тихо произнесла девочка. Отчаянье, всё сильнее сдавливая её внутри, вырвалось наружу, и Ева, не выдержав, горько зарыдала. Она чувствовала себя такой беспомощной перед тем, с чем ей пришлось столкнуться, и боялась, что оно снова настигнет её и заставит страдать.

Неожиданно за дверью послышались встревоженные голоса миссис и мистера Кон. Они разговаривали полушёпотом, но Ева, успев немного успокоиться, слышала каждое слово:

-Ты уверена, что это был приступ? – настороженно спросил мистер Кон.

- Да. Говорю тебе, я слышала, как она вскрикнула ночью. Прихожу в её комнату – а она лежит на полу без сознания.

- Похоже, этот приступ был посильнее первого… – задумчиво произнёс отец. – Всё это очень серьёзно. Я думаю, надо снова обратиться за помощью к психотерапевту.

- Согласна, я позвоню миссис Шарон сегодня. Так просто этого оставить нельзя. А пока, я считаю, мы не будем говорить ей о том, что знаем о приступе – это может ещё больше её нервировать, ведь она так не любит, когда кто-то вникает в её проблемы, а особенно в эту; последние слова миссис Кон произнесла, когда уже наполовину вошла в комнату Евы. Ева мгновенно накрыла себя одеялом.

- А, Ева, уже проснулась? – спросила миссис Кон, наклонившись над кроватью дочери. В её голосе слышался неуверенный трепет. Ева посмотрела в её сонные глаза и увидела в них плохо скрываемую тревогу.

-Да, – вяло сказала она, приоткрыв половину лица.

- Похоже, ты себя неважно чувствуешь? Ты вся бледная… – мать провела ладонью по лбу девочки. – А что с твоими глазами? Ты плакала?

- Нет, – так же тихо ответила Ева. – Плохо спала.

Миссис Кон знала, что дочь говорит неправду, но понимала, что сейчас возражать ей бесполезно.

- Знаешь что, милая, оставайся сегодня дома. Я не могу отпустить тебя в школу в таком состоянии. Я немедленно позвоню мистеру Тору, – миссис Кон встала и решительно направилась к двери, но, обернувшись на полпути, сказала: – Ева, если хочешь, можешь ещё поспать. Если нет, то завтрак уже на столе, – и вышла из комнаты.

 

 Еве и правда не нравилось, когда в её проблемы бестактно кто-то вмешивался, даже если это были её родители. Но дело было не в этом. Ей очень не хотелось, чтобы они знали об этих приступах. Она видит, как родители переживают за неё, как мучается мама, и ей становится ещё хуже. Ева стала винить себя. Она не могла поверить: ещё совсем недавно всё налаживалось, как вдруг мир в её глазах снова стал рушиться. Каких ещё сюрпризов можно ожидать от жизни? Ева лежала, а слёзы текли по щекам.

«Нет, это не похоже на меня, – мысленно проговорила девочка, сжав кулак. – Это неведомое того и добивается, чтобы запугать меня. Нет, я не поддамся. Я выдержу…» Уверенность растворилась в её последней фразе, поедаемая страхом.

Медленно поднявшись с кровати, она нерешительными шагами направилась в ванную принять душ.

За завтраком родители старались сохранить спокойствие, чем очень раздражали Еву, но и она внешне оставалась невозмутимой. За столом никто так и не промолвил ни слова. Мистер Кон нервничал, почти не скрывая этого. Он искал глазами пульт от телевизора и, наконец, найдя его, прибавил звук. Как раз шли субботние новости с телеведущим Роландом Бейкером.

- И в завершение ещё одна новость, – сообщил Бейкер. – Сегодня ночью в старых кварталах на улице Юниверстрит произошло довольно необычное происшествие, которое разбудило живущих поблизости горожан. – Вместе с его речью стали показывать отснятые кадры с Юниверстрит. Посередине улицы была широкая яма. Ева, не придававшая особого значения репортажу, вдруг настороженно повернула голову в сторону телеэкрана.

 - Никто не знает, что спровоцировало образование воронки. Пострадавших нет, но кое-кто предполагает, что это была самодельная бомба, хотя её осколков на месте взрыва не обнаружено. Очевидцы рассказывают, что не слышали, как раздался взрыв, ощутив только его ударную силу, которая выбила окна близ стоящих домов. Сейчас ведётся следствие. Никто пока не может объяснить, чего хотели добиться злоумышленники, закладывая так называемое взрывное устройство в одном из самых безлюдных кварталов города… – после этого диктор попрощался с телезрителями, пожелав всем хороших выходных.

- Проклятые хулиганы! Уже не знают, чем заняться! Ну вот, скажите, зачем им понадобилось пугать мирных людей? Это ужасно! – возмутилась миссис Кон. Ева же была шокирована – улица, которую показывали на телеэкране, приснилась ей этой ночью. Она почувствовала связь между этим происшествием и ночным приступом. Значит, это был не сон, а некое видение…. От неожиданного открытия Еве сделалось дурно: она понимала, что всё происходящее с ней было в действительности, без единой капли её воображения. Она понимала, что это «нечто» существует здесь и сейчас, а не где-то в другом пространстве и времени, и что оно может явиться к ней в любой момент. Её голова закружилась ещё сильнее, и Ева, забывшись, произнесла вслух:

- Это не хулиганы…

- Что? – переспросила миссис Кон. Ева мгновенно очнулась, стряхнув с себя груз мыслей.

- Я сказала, что позавтракала…. Спасибо, – Ева, пошатываясь от слабости, поднялась со стула и вышла из-за стола.

 

* * *

Девочка шла босиком по холодному полу. Впереди неё простирался бесконечный коридор, окутанный туманом. Откуда-то раздавались звуки падающих капель. Звук их стал нарастать. Девочка шла и к чему-то приближалась. Туман стал постепенно рассеиваться, а коридор резко уходить в тупик. Послышался скрип, похожий на плохо смазанную дверь. Когда дымка полностью исчезла, девочка увидела страшную картину: на чёрной виселице висел дряхлый труп в рваной одежде, походивший больше на скелет, но его вид нисколько не пугал её. Она смотрела на него своим бездушным, стеклянным взглядом. Его мутные глаза медленно открылись, оглядывая её детское, но суровое лицо. Ещё минуту они «смотрели» друг на друга. Он попытался открыть свой кривой полузашитый рот, но оттуда потекла багровая кровь и брызнула ей в лицо. Он стал тянуть к ней свои трясущиеся уродливые руки….

Вскрикнув, Ева открыла глаза: «Опять этот сон!» – воскликнула она, и в её словах читался ужас. Несмотря на то, что этот кошмар снился ей уже достаточно долгое время, Ева до сих пор не могла привыкнуть к нему и унять страх. Зелёное тяжёлое одеяло валялось на полу. Прошло две недели с тех пор, как у Евы случился приступ, и всё это время ей постоянно снится один и тот же сон. Она знала, что этот кошмар как-то связан с её сверхъестественным «знакомым», но не могла этого объяснить. Ему хорошо удавалось запугивать её. Она уже не знала, как бороться с кошмарами. У Евы постоянно возникало ощущение, что тот самый «знакомый» заставляет её ждать чего-то.

Родители продлили её консультации с психотерапевтом. Но миссис Шарон не могла понять, чем вызваны приступы девочки.

 Наступила долгожданная пятница. Уже завтра начнутся осенние каникулы, и к ней приедут друзья. Однако радость перемешивалась с постоянным беспокойством. В этот день оно возросло настолько, что она не могла расслабиться ни на секунду. Её мучило предчувствие, что ждать осталось недолго…. В школе Ева ждала появления чего-то или кого-то. Все шесть уроков, включая получасовой обеденный перерыв, девочка сильно нервничала. Но ничего так и не случилось.

После занятий Ева отправилась к своему шкафчику с номером 13, чтобы положить туда учебники. По дороге она затеяла разговор со своей одноклассницей Люси. Люси относилась к тем людям, с которыми Ева общалась просто так. Но сегодня Ева была настолько возбуждена, что ей очень захотелось поделиться с кем-нибудь своими тревогами.

- А знаешь, со мной происходят странные вещи, – начала Ева, неотрывно глядя в пол.

- Какие такие вещи? – рассеянно спросила Люси, которая, по-видимому, была погружена в свои заботы.

Но Ева всё равно рассказала ей про кошмары, тревожившие её в течение двух недель и приступ, случившийся с ней в ночь перед субботой, которую она должна была отработать. – Ха! Ты специально отмазываешься этим приступом, чтобы объяснить отсутствие. Просто было лень, признайся? И нет ничего удивительного, что он поставил тебе пять двоек, которые ты потом отрабатывала все последующие дни. А сны…. Ну они и есть сны. Мне вот тоже недавно снился один и тот же сон – с кем не бывает. И видишь, я в порядке. К тому же, я считаю, что только дурак в них верит, – и Люси беззаботно открыла шкафчик с номером 12. Только сейчас Ева пожалела, что начала говорить с этой девчонкой, которую считала «говорящей коробкой». Но поведение Люси не просто расстроило Еву: оно вывело её из себя. Никто не смел оскорблять её. Ева резко закрыла перед носом Люси железную дверцу, не удержавшись под напором своего вспыльчивого характера:

- Сама ты дура! Я тебе говорю – это правда!

- Ненормальная, – Люси, сделав удивлённо-возмущённое лицо, навалилась на шкафчик, сложив руки крестом.

- Как ты не понимаешь? Мне столько пришлось претерпеть! Эти приступы просто с ума меня сводят! – Еву невозможно было остановить.

- Вот именно: с ума сводят, – произнесла Люси. Ева заметила, что проходящие мимо ученики стали с некоторым недоумением на них оглядываться.

- А я-то думала, что тебе можно довериться, – с разочарованием произнесла Ева и открыла свой шкафчик. – И если ты считаешь меня сумасшедшей, то я тебе тоже кое-что скажу: ты такая же умная как деревянная пробка, – с некоторой насмешкой сказала Ева. Этим она очень разозлила Люси. Девочки посмотрели друг на друга заклятыми врагами. Люси сильно хлопнула дверцей шкафчика и, толкнув Еву, пошла прочь. Ева, нахмурив брови, смотрела ей вслед. Она хотела приняться за раскладывание книг, но учебники выпали из её рук, когда девочка повернула голову в сторону Люси.

Среди шумной толпы учеников стоял Он. Ева точно это знала. Он не был изуродован, как висельник из её сна. Перед ней был высокий смуглый ангел с чёрными крыльями. У него были чёрные взъерошенные волосы и серые глаза, пристально смотревшие на неё. Толпа подростков, не замечая ангела, спокойно проходила мимо него. Ева вся побледнела, её колени задрожали. Она попятилась, не зная, чего ожидать от этого странного незнакомца. Неожиданно он произнёс спокойным твёрдым голосом, который девочка уже где-то слышала:

- Здравствуй, Ева.

 

 

Глава восьмая

 

Обман

 

Страх переполнял её. Ева, бросив сумку на пол, кинулась бежать прочь, расталкивая проходящих мимо людей. В глубине души она знала, что убежать от него нельзя. Но ею двигал страх. Еве хотелось, чтобы этот странный ангел исчез, оставил её в покое. Девочка мчалась по коридорам, спотыкаясь чуть не на каждом шагу и слыша возмущённые голоса. Все изумлённо оборачивались ей вслед, но никто не осмеливался спросить, чем она так напугана и почему бежит сломя голову. Взбежав по лестнице на второй этаж, Ева поскользнулась на помытом полу и упала, сильно ударившись спиной. К ней на помощь поспешили проходившие мимо ребята, но она вскочила и кинулась дальше, задерживая на себе недоуменные взгляды. Еле добравшись до кладовки, где хранилась различная утварь, Ева шмыгнула туда, плотно закрыв за собой железную дверь.

Тяжело дыша, она присела на какую-то старую скамейку. «Он здесь! – паниковала она. – Что же он от меня хочет? Убить? Зачем я ему нужна?..». Пока Ева задавалась этими вопросами, которыми двигал не разум, а страх, кто-то положил ей на плечо холодную руку. От неожиданности Ева вздрогнула и повернула голову. За её спиной была лишь кромешная темнота.

- Кто здесь? – боязливо спросила она.

- А ты как думаешь, – послышался в ответ тот самый голос с заигрывающим тоном. Ева хотела закричать, но другая рука лжеангела крепко закрыла ей рот.

- Не бойся меня. Я не причиню тебе вреда, – нежно сказал ангел. Когда он почувствовал, что девочка почти успокоилась, убрал ладонь с её губ.

- Чего ты от меня хочешь? – слабым голосом спросила Ева, всё ещё пытаясь разглядеть его в темноте.

- Я думаю, нам сначала надо найти подходящее место для разговора, – сказал демон с уверенностью. После этих слов он снова дотронулся до Евы.

Ева не успела осознать, что происходит. Неожиданно подул сильный, закладывающий уши, ветер, растрепав Еве волосы. Она с удивлением обнаружила, что они находятся на крыше одного из городских зданий, и подошла к её краю. От высоты у неё закружилась голова. Обернувшись к ангелу, она увидела, что он сильно измотан. Он сидел рядом, тяжело дыша. Ева посмотрела в его плутоватые глаза, и ей показалось, что он играет с нею. Она выглядела маленьким, испуганным, но в то же время любопытным ребёнком, когда пыталась внимательно вглядываться в его черты. Но больше всего её заинтересовали его огромные чёрные крылья. Они были изувечены и растрёпаны безжалостным ветром. Кое-где, местами, были выдернуты перья – их хозяин побывал в какой-то серьёзной переделке. На вид ему было лет двадцать, у него было худое, истощённое усталостью и муками тело. Ещё минуту они неподвижно смотрели друг на друга. Наконец Ева не выдержала пронизывающего взгляда и спросила первое, что пришло ей в голову:

- Ты ангел?

- Да, – не колеблясь, ответил он, насмешливо улыбнувшись, словно эта улыбка говорила: «А разве по мне не видно?»

- Но… я …. я думала, что у ангелов белые крылья, – рассеянно сказала Ева.

- Да, это так. Но, скажем, я отношусь к отдельному виду. Я прислан в этот мир, чтобы спасти тебя от Охотников и… демона, – он произнёс это слово с какой-то таинственностью.

- Каких Охотников? Какого демона? – теперь озадаченная девочка окончательно запуталась.

- Это очень длинная история… – вздохнул ангел, – но я попытаюсь рассказать тебе её как можно короче и понятней. Ты ведь помнишь тот вихрь? – Ева кивнула, не сводя с него своих голубых глаз. Она знала, что речь идёт о торнадо, ведь после его нашествия началась вся эта история. Словно нехотя, ангел продолжил: – Понимаешь… Это были врата, соединяющие два мира – ад и рай. Через них демоны или ангелы, отмеченные карой, попадают в противоположные измерения, и каждого наказуемого ждёт неминуемая смерть. Демон, оказавшийся в раю, предстаёт перед Судом Божьим и очищается от грехов – это самое страшное, что он может себе представить. Он обречён умирать и больше не способен творить зло – от него просто ничего не остаётся. – Ева услышала в его интонации некоторое содрогание. – Ангел же погибает в аду, погрязши в грехах и проклятиях, терзающих его демонов. Ад и рай – две несовместимые противоположности, между которыми находится ваш мир – мир смертных. Попав в те врата, ты помешала попасть демону в рай. Он выжил и теперь находится где-то здесь, в этом мире. Вы связаны между собой душами. Он сделает всё, чтобы избавиться от этой связи, искореняя тебя изнутри. Только тогда он сможет вернуться в ад и снова стать верным слугой Дьявола.

- Так вот почему со мной происходили эти приступы! И вот откуда у меня было видение с Юниверстрит. Я ведь чувствовала его! Чувствовала демона! – осознав это, Ева была так потрясена, что не заметила, как лжеангел подошёл к ней ближе.

- Да, но, к сожалению, ты ничего не можешь ему сделать. Ты смертная. Поэтому я должен защищать тебя, – ангел, стоя рядом с ней, провёл рукой по её голове, заставив Еву вздрогнуть.

- Ты говорил ещё про каких-то Охотников, – вспомнила она. – И ещё… те кровавые послания, случайно, не твоих рук дело?

- Да, моих. Но всё это было устроено для того, чтобы предупредить о надвигающейся угрозе, но ты…

- Не захотела принимать их всерьёз, – закончила за него Ева. – То есть, Они – это Охотники?

«Сообразительная девчонка», – подумал лжеангел.

- Да. И поэтому я не мог так долго найти тебя. Я понимаю, что ты была напугана. Вы, простые люди, немного… примитивны в сверхъестественных для вас понятиях. – Ева опять ощутила на себе его будоражащий взгляд. Она попросила рассказать об Охотниках.

- Это существа, которые поддерживают равновесие в трёх мирах. Если демон или ангел из врат случайно попадает в мир смертных, то этим нарушает равновесие. Охотники должны найти и избавиться от нарушителей. Никто не уходит от них живым, если они находят его. Но проблема заключается в том, что раз вы с демоном связаны единой связью, то Охотники могут убить тебя, перепутав с ним. То есть, пострадает невинная душа.

- А как же ты?

- Охотники не смогут причинить мне вреда. Они даже не знают о моём присутствии здесь, ведь я просто исполняю свой долг. А закончив то, что я должен сделать, я вернусь обратно в свой мир.

- То есть в рай? – уточнила Ева. Она увидела на лице ангела некоторое колебание, но не придала этому значения.

- Да…

 

- Знаешь, когда я потеряла сознание во вратах, я видела кое-что невероятное. Сначала я, конечно, не поверила этому, но потом мне пришлось всё больше убеждаться в том, что это правда, – вспомнила девочка. Она рассказала «посланцу небес» всё до мельчайших подробностей: о пещере, о словно настоящих ощущениях в начале сна, и о том, что демон крикнул её имя, прежде чем попасть в огненные врата.

- Наверное, ты просто угодила в воспоминания демона, точнее, он передал тебе их, чтобы ты поняла, что он знает о тебе и найдёт, где бы ты ни была. – Похоже, его начал увлекать разговор с Евой, а скорее, он просто хотел показать ей, как много знает.

- А зачем ангелу понадобилось вселяться в тело смертного?

- Ну я не могу дать определённого ответа, – лжеангел провёл рукой по затылку. – Но, может быть, он хотел доделать какие-то свои важные дела на земле и мучался от этого. Ведь каждый человек в зависимости от того, какую он вёл жизнь, после смерти попадает в рай или ад. В аду, например, человек побыв какое-то время в своём обличии, превращается в слугу Дьявола. В раю люди превращаются в ангелов. И это непрерывная закономерность, которую никак нельзя нарушить. Тот ангел, который заключил сделку с демоном, тоже был наказан и, наверное, уже давно погиб в аду.

- Подожди, то есть все смерчи…. точнее, эти ветряные столбы, они все представляют собой врата?

- Нет, это всего лишь маскировка от людей, чтобы они ни о чём не догадывались. Такие суровые наказания происходят крайне редко, хотя чертей из ада чаще «вышвыривают», – ангел с чёрными крыльями встал и, потянувшись, расправил их во всю ширь. На крыше от них легла большая тень. Но потом он быстро опомнился и посмотрел на Еву: вдруг он что-то не то сказал? Но она стояла, пытаясь переварить свалившуюся на неё информацию. Затем Ева упомянула о тех снах, которые снились ей последнее время. Игривый взгляд ангела стал подозрительным, и он, с недоумением посмотрев на неё, неожиданно сказал грубым, словно не своим, голосом:

- Я не знаю.

 Ева удивлённо посмотрела на него. По её мнению, ангелы не могли вести себя так. Лжеангел поймал её на этой мысли.

- То есть … я … прости. Мы ведь тоже, так сказать, живые существа. Я очень измотан, и мои нервы…

- Я понимаю, – мягко сказала Ева и улыбнулась.

- Даже не верится, что я разговариваю с настоящим ангелом! – она радушно посмотрела на него, давая понять, что готова сотрудничать. Он ответил ей взаимностью. Вдруг Ева спохватилась:

- Ты не мог бы перенести меня домой? Мои родители уже, наверное, волнуются.

- Давай лучше обойдёмся полётом, в этом мире мои силы быстро тратятся, а перемещение в пространстве забирает у меня много энергии, – предложил ангел. Ева согласилась, хотя даже не знала, на что идёт.

- Раз уж ты знаешь, как меня зовут, то не мог бы ты сказать мне своё имя? – осторожно спросила Ева. Лжеангелу не понравился её вопрос – он напомнил ему о жизни, когда он был человеком. Сначала лжеангел хотел небрежно ответить: «Называй как хочешь», – но, вспомнив об осторожности, нехотя произнёс:

- Меня зовут Марк, – девочка с доверием посмотрела ему в глаза, а этого он и добивался. Затем Марк взял её на руки, взмахнул огромными крыльями, и они взлетели вверх.

У Евы захватило дух. Она до сих пор не могла поверить, что её несёт по воздуху ангел. Из-за его неровного полета ей казалось, что они вот-вот упадут. Ангел летел, о чём-то задумавшись. Через какое-то время Ева привыкла к полёту, и её душу наполнил восторг. Она повернула голову навстречу ветру, радостно щуря глаза.

- Можно ещё один вопрос? – громко спросила Ева, перекрикивая порывы ветра. Марк кивнул.

- Почему вы, ангелы, так похожи на людей? – этот вопрос, как показалось девочке, привёл его в некоторое замешательство. Но он, немного подумав, ответил:

- Потому что мы призваны хранить вас от зла, мы любим и чтим вас.

Еве очень понравился его ответ, и она, радуясь, протянула руки к небу. Ева не заметила, что на лице её нового друга скользнула презренная ухмылка.

 

 

Глава девятая

 

Ссора

 

Ева жила почти на окраине Белбриджа, поэтому полёт затянулся, и она замёрзла. Когда они всё же добрались до дома, чернокрылый ангел стал не спеша спускаться на землю. Сначала был резкий неустойчивый манёвр, затем ангел, широко расправив крылья, начал медленно кружить над приближавшейся землёй, после чего они мягко приземлились на ещё зелёную, покрытую опавшей листвой, траву. Ангелу пришлось устроить посадку в укромном месте, так как не каждый день девочки «сами по себе» приземляются с неба. Потом Ева предупредила, чтобы он ждал её. Когда она войдёт в дом, то откроет окно в своей комнате, чтобы он смог проникнуть внутрь. Поднявшись на пятый этаж, она позвонила в дверь. Ей сразу же открыла миссис Кон с тревожно-сердитым лицом.

- Ева, где ты опять пропадала? Ты должна была придти из школы два часа назад. Если ты задержалась по какой-либо причине, то могла бы позвонить. Для чего, спрашивается, тебе телефон?

- Мам, ты, конечно, прости, но вы же сами забрали его, – заметила Ева, чтобы избавить себя от укоров.

- И всё равно ты безответственная! – рассердилась миссис Кон, всегда стоявшая на своём. Решив, что в дверях не самое подходящее место для разговоров, пропустила Еву. – Иди в свою комнату. Тебя ждёт сюрприз. – Ева начинала догадываться, что это был за сюрприз.

- Я как раз туда и собиралась, – ответила Ева.

Когда она открыла дверь своей комнаты, то, как и ожидала, встретила своих друзей. Они, увидев её, радостно поздоровались.

- Долго же тебя не было! – первым заметил Джо, держа найденный им где-то журнал, который Ева искала уже два года. – Мы уже устали тебя ждать.

- Кстати, я вижу, у тебя ремонт недавно сделали. Знаешь, по-моему, получилось неплохо, – успел вставить Том, который обосновался на её кровати. Он всегда был охотником до чего-то нового.

- Ребята, давайте уже перейдём к главному, – включилась Ким. Ева вопросительно подняла бровь. Джо демонстративно подошёл к своей чёрной сумке и плавным движением достал оттуда что-то ярко-оранжевое. Ева не успела моргнуть, как он кинул ей в руки новый футбольный мяч.

- Это тебе от нас, – с улыбкой сказал Джо.

- Мы решили пополнить твою коллекцию, – весело добавил Том. Ева, которая всегда хотела иметь такой мяч, была очень довольна и кинулась обнимать всех троих, понимая, как по ним соскучилась. Тут Ева спохватилась: она же не открыла окно! Неожиданный приезд друзей застал её врасплох. Но каково же было её удивление, когда она увидела, что оно уже открыто. На подоконнике сидел Марк, с любопытством наблюдая за детьми. Ева, от изумления забыв, что она здесь не одна, спросила:

- Как ты здесь оказался? – и тут же опомнилась. Ангел поднёс указательный палец к губам. Ева, как завороженная, смотрела в его глаза. Трое подростков, не понимая, глядели на Еву, которая разговаривала с открытым, «пустым» окном.

- Не обращайте внимания, – неловко стала оправдываться девочка. – В последнее время я сама не своя…. Кстати, а что стало причиной такого раннего приезда?

- Ты не рада? – лукаво спросил Томми, при этом Джо успел толкнуть его в бок.

- Мы просто знали, как ты скучаешь, вот и всё. Сразу, как только закончился учебный день, мы собрались и сели в поезд. Хотели сделать тебе сюрприз, – улыбнулся он.

- Да, да. Мы добирались от самого вокзала Белбриджа! А дома тебя нет… какая ты у нас безответственная! – Том спародировал миссис Кон смешным ворчливым голосом. Расхаживая по комнате, он резко обернулся к Еве: – Причина отсутствия?

- Да брось ты! – вставила Ким. – Главное, что Ева уже здесь.

- Да, Томас, ты очень похож на мою мать, – насмешливо сказала Ева, положив на плечо друга руку.

За дверью раздался голос миссис Кон – она звала ребят на обед. Все отправились в гостиную.

- Жди здесь, – мимоходом сказала Ева Марку. Он опять спокойно кивнул.

Как только дверь захлопнулась, демон оказался внутри комнаты. «Моя «подружка» оказалась наивнее, чем я думал, – со слащавой усмешкой подумал он. – О, Дьявол! Я даже и не думал, что завоевать её доверие будет так легко. Но скоро наш прекрасный цветочек завянет», – коварно пропел демон и, забывшись в своих чёрных мечтах, упал на кровать Евы. Ему всё в ней было противно: её наивность, её детский голосок, её боязливость при их встрече, её понимающие глубокие голубые глаза.

- Жалкий человечек! – не первый раз с презрением произнёс он, листая журнал, который нашёл Джо. Просмотрев цветные страницы, лжеангел кинул журнал на пол и, наступив на него, тихо вышел из комнаты. Не показываясь Еве на глаза, он стал подслушивать, о чём она говорит с друзьями.

Девочка доедала свою порцию и слушала непонятную речь Тома, который набил себе в рот спагетти, отчего ей всё время становилось смешно. Ева сначала не решалась рассказывать друзьям свою тайну, хотя у неё и было непреодолимое желание. В конце концов, взвесив все «за» и «против», Ева всё же решила довериться близким ей людям с надеждой, что они, как всегда, поймут её, и уверенно рассказала им про сверхъестественные события, произошедшие с ней после катастрофы.

- Я знаю, что во всё это трудно поверить, но вы же мои друзья, – закончила она свой рассказ. Оглядывая сидящих за столом друзей, девочка заметила, что они смотрят на неё с подозрением.

- То есть, это ты с ним говорила, когда смотрела в пустое окно? – недоверчиво спросил Том.

- Э-э-э… Ева, это самая классная история из всех, что я когда-либо слышал! – воскликнул Джо. – Хороший получился рассказ. Я бы, конечно, во всё это поверил, не будь это твоей фантазией.

- И я тоже, – тихо согласилась Ким.

- Фантазией?! – разозлилась Ева. – А я так надеялась… – и она, с яростью отодвинув стул, вышла прочь из гостиной. Джо неуверенно позвал её, но девчонка громко захлопнула дверь в свою комнату. Марк к тому времени уже был там. Ева, со злостью ударив ногой по кровати, заплакала и упала лицом в подушки.

- Никто мне не верит, – захлёбываясь в слезах, повторяла она. Знакомая холодная рука коснулась её плеча.

- Ева, зачем же ты им всё рассказала? – мягко произнёс ангел. – Не пытайся искать в людях понимания, не надейся на них. Ты только себе делаешь хуже.

Ева ещё минуту лежала, содрогаясь от рыданий, но, отчаянно нуждаясь в поддержке, поверила в слова Марка.

- Да, ты прав, – Ева перестала лить слёзы. – Какая я всё же глупая.

- Не вини себя. У всех бывают ошибки, – и Марк по-ангельски сложил руки, словно проповедовал что-то. На минуту могло показаться, что он смеялся над ними обоими.

В дверь постучали. Затем она тихонько приоткрылась, и вошли друзья. Они решили попросить прощения, но Ева неожиданно широко улыбнулась и сказала, что это она должна перед ними извиняться, что всё это было специально подстроено и что она больше не будет вешать им лапшу на уши. Том, возмутившись, что сегодня не день дураков, предложил сыграть в футбол новым мячом – и все без исключения согласились. Когда ребята вышли из комнаты, Ева позвала Марка с собой.

- Я уверена, тебе будет интересно посмотреть, как я играю. – Тот, не раздумывая, вылетел в окно, чувствуя, как с каждой секундой её доверие к нему крепнет.

В то же время Джо тихо шепнул Тому и Ким:

- Вам не кажется, что Ева как-то странно изменилась? – Они обеспокоено кивнули ему в ответ.

Шли дни, и до конца каникул осталось всего ничего. Но не это обстоятельство огорчало друзей Евы. Всё это время они проводили вместе, и, казалось бы, что же в этом плохого? Но чем больше они общались с Евой, тем больше Ким, Том и Джо чувствовали изменения в её поведении, причём, не в лучшую сторону. Друзья постоянно куда-то ходили, Ева показывала им город, каждый вечер они играли в футбол. Но было заметно, что она стала как-то отдаляться от них. Как будто закрылась в себе и спрятала свои настоящие чувства в «медный сундук». Раньше Ева охотно делилась своими переживаниями, но сейчас она стала какой-то неразговорчивой, скрытной. Ева перестала смеяться над шутками Тома. Но что более странно: каждую ночь она закрывалась одна в комнате, ничего им не объясняя. Ева словно существовала в собственном мире, где не было её друзей. Джо всегда был за старшего, умел распорядиться и найти выход из любой ситуации. Друзья очень уважали Джо и всегда прислушивались к его мнению. Том всю жизнь был парнем без забот. Вообще он был мастером шуток и всяких глупостей, которые сходили ему с рук. Никогда не унывающий и очень уверенный в своих силах, Том быстро терял интерес к любому делу, его всегда привлекало что-то новое, необычное. Родившийся для различных приключений, он просто не мог усидеть на одном месте. Под яркой внешностью Ким скрывались её застенчивость и тихий, спокойный характер. Она всегда была в чём-то неуверенной. Её было очень трудно вывести из себя, поэтому не удивительно, что единственным человеком, у которого это легко получалось, был Томми. Иногда Ким просто сбивал с толку его неустойчивый характер и дерзкие шуточки. Если кому-то из её близких или друзей становилось плохо, то Ким переживала не меньше их. Поэтому все любили её за добрую, чистую душу и понимание.

Перед завтрашним отъездом друзья Евы собрались в гостиной. Она же снова закрылась в своей комнате.

- Нет, это уже не смешно! – сказал Том, серьёзно глядя на Ким и Джо, хотя серьёзность для него считалась редкостью. – Надо как-то решать эту проблему с Евой. Она такой стала…. Ух, я…да тут чёрт ногу сломит!

- Согласен. Миссис Кон говорила нам, что она страдает от приступов, но я не думал, что они окажут на неё такое сильное влияние. Она как будто не замечает реального мира. Никогда её такой не видел. Я представить себе не мог, что какая-либо болезнь может сломить Еву. Это не походит на неё, – Джо обеспокоено посмотрел на друзей.

- Да, надо признать, что она немного… не в себе, – попыталась как можно мягче выразиться Кимберли.

- Но мы же не можем с этим смириться, – настойчиво сказал Джо. – Хочет она или нет, но мы должны помочь ей, ради её же блага.

- Но как? – спросил Том. В гостиной воцарилось молчание.

Этим же вечером Ева лежала на крыше своего дома в одной пижаме, заложив руки за голову. Рядом с ней сидел, навалившись на свои колени, Марк. Её совсем не печалило то, что скоро друзья должны были уехать обратно в Виквинд. Раньше это навеяло бы на неё тоску, но сейчас она была совершенно спокойна. Был тёплый осенний вечер, наверное, последний в этом году. На сумеречном небе появились первые звёзды. Они завораживали, на них можно было смотреть целую вечность, ища края вселенной. Её поиском в данный момент занималась Ева. В её больших глазах отражалось звёздное небо, она задумчиво смотрела на него. Лжеангел же больше предпочитал любоваться огнями ночного города, нежели ночным небом. «Друг» Евы не видел в нём ничего особенного: чёрный небосвод с миллионом белых дырок. Скорей всего, такая нелюбовь к небу возникла из-за того, что там находился противоположный ему мир, где царствует смирение и добро. Но чтобы показать свою причастность к верхнему миру, он спросил:

- Красивое небо, правда? – девочка сбилась со счёта звезд и медленно кивнула.

- Знаешь, – начала она, – меня ещё никто не понимал так, как ты. – У ангела внезапно оживилось лицо, и он посмотрел на неё с некоторой надменностью.

- Да? А почему ты так решила?

- Потому что мне легко с тобой общаться. Потому что… мне хорошо, когда ты рядом. Я могу бесконечно разговаривать с тобой о чём угодно. За эти дни я поняла, что ты стал для меня настоящим другом, таким близким… – Ева остановилась, она не могла назвать его человеком.

- Ангелом? – улыбаясь, спросил Марк.

- Да, точно, – ответила Ева. И они оба рассмеялись. В смехе Евы было истинное веселье, а в смехе демона проскальзывало что-то зловещее. Внезапно он подобрался ближе к девочке и заговорил полушёпотом.

- Кстати, Ева. Я не очень хочу об этом говорить, но так получилось, что я совсем недавно подслушал разговор твоих друзей. Это, конечно, не очень хорошо… – Марк сделал виноватое лицо.

- Ну что они сказали? – нетерпеливо спросила девочка. От радостного настроения не осталось и следа.

- Я не хочу тебя расстраивать.… В общем, они стали считать тебя какой-то странной, и это, конечно же, из-за меня. Но они хотят рассказать обо всём этом твоим родителям, о той истории, в которую они не поверили…

- Они что, хотят поставить на уши моих родителей?! Хотят, чтобы те мигом отправили меня лечиться? – разгневалась Ева. Её глаза засверкали в темноте, а дыхание участилось.

- Правильно. Не сдерживай свой гнев, – Марк, словно злобный змей, который обвился вокруг неё, стал говорить слова, совсем не свойственные ангелу. Он на время вообще забыл, что им является. – Какие они тебе друзья, если раскрывают твои тайны, не доверяют тебе. А твои родители, они ведь тоже тебе не доверяют. Чуть что – и сразу лечиться… – он уже склонился к её уху и шептал ей всё это клокочущим от злости, приглушённым голосом. Всё, что он говорил сейчас, противоречило тому, что он говорил ей раньше. Но Ева не обратила на это внимания. Она считала, что раз Марк по-настоящему понимает и поддерживает её, то можно безоговорочно доверять ему, ведь такой друг никогда не пожелает ей зла. Ева всё чаще и чаще стала соглашаться с ним, и она неосознанно поняла, что этот ангел с чёрными крыльями постепенно заменил ей друзей. Он стал для неё неким спасителем от всех проблем и страхов, и ей казалось, что она встретила свою мечту.

 Слова демона причинили Еве боль. Не выдержав, она разрыдалась и бросилась на плечо своего друга. Ей было очень обидно.

- Как хорошо, что ты у меня есть, – сквозь слёзы обронила Ева, крепко прижимаясь к нему, словно хотела слиться с его мыслями и чувствами. Демон знал, как относится к нему Ева, и понимал, почему она так дорожит им. Но ему было отвратительно это чувство, он ненавидел его, равно как и её. И всё же, перед ней ангел выглядел по-прежнему добрым и способным сострадать.

- Поплачь. От этого тебе станет легче, – он обнял её, и Ева снова ощутила сильный холод, идущий от его тела. Но за короткий срок она так привыкла к нему, что он стал казаться ей теплее, чем любовь близких людей. План демона шёл как нельзя лучше: «Да. Молодец, ты встала на правильный путь. На путь, который мне нужен».

На следующее утро Ева всё ещё лежала в постели, в то время как её друзья уже сидели за завтраком. Из столовой доносились смех и громкий весёлый голос Тома, который уже давно не смешил её. Она даже не пыталась подняться с кровати, продолжая видеть сны. Миссис Кон, удивлённая поведением дочери, пришла будить её. Но девочка ни в какую не хотела вставать.

- Но Ева, ты должна встать. Нехорошо заставлять ждать себя друзей.

- Не хочу я вставать. Я плохо себя чувствую! – Ева начинала испытывать мамино терпенье. – Значит так, мисс «не хочу», – сказала та строгим голосом, – если я приду через пять минут, а ты всё ещё будешь в постели, я силой вытолкаю тебя из комнаты! – И миссис Кон твёрдым шагом вышла. А Ева с недовольной миной, в буквальном смысле скатившись с кровати, стала надевать на себя белый шерстяной свитер – первую вещь, попавшуюся ей под руку. Когда она собралась выходить, то в дверь кто-то тихо постучал, но, не дождавшись разрешения, сам открыл её. Девочка увидела Кимберли с очень взволнованным лицом.

- Ева, нам надо с тобой поговорить, – сказала она, глядя прямо в глаза собеседнице.

- О чём это? – чопорно сказала Ева, отвернувшись от неё и принявшись заправлять постель.

- Понимаешь, – неуверенно начала Ким, – когда ты рассказала нам про своего невидимого друга, то я… я поверила тебе. Я же вижу, как ты…

- Хватит с меня этого бреда! – Ева резко развернулась и зло посмотрела на подругу. Ким ещё никогда не доводилось видеть Еву такой разгневанной. – Знаю я, чего ты хочешь! Вы тоже считайте меня ненормальной! – у неё началась агония.

- Ева, чего ты? – тихо сказала Ким. Она не могла подобрать других слов.

- Признайся, что это Том и Джо послали тебя, чтобы у меня не возникло никаких подозрений!

- Причём здесь это? – ещё тише произнесла совсем растерявшаяся Ким. На поднявшийся шум пришли мальчишки.

- Что это здесь происходит? – спросил вошедший Джон.

- Зачем шумим с утра? – задал тот же самый вопрос Том. Ким молча склонила голову. Ева же окинула вновь вошедших острым взглядом, дающим ясно понять, что они здесь нежданные гости.

 - Ева, ты в порядке? – осторожно спросил Джо.

- Я? В полном, – с презрением бросила девочка. – А вот что с вами, предатели!?

- Прости, мы не понимаем, о чём ты говоришь, – не понял Том.

- А и не надо! Если бы вы были моими настоящими друзьями, вы бы не захотели рассказать обо всём этом моим родителям. К тому же, зачем вам лгать мне, что вы верите в мой так называемый бред, при этом посылая посредника, – Ева указала на Ким. – Всегда она у нас крайняя. Сами испугались подойти и врать вместе с ней!

- Она здесь ни при чём. Мы вообще не хотели никому лгать, – заступился за Ким Джо. – А откуда ты узнала, что мы хотим сказать?…

- Неважно. Но Джо, ты же у нас самый первый, самый лучший, ты всегда решаешь всё за всех! – с презрением выговорила она ему прямо в лицо. – Твоя идея, верно?

- Ева, поверь, мы хотели как лучше, – сказала Ким. Она не могла поверить, что слышала такие слова от лучшей подруги.

- По-моему, то, что ты говорила насчёт посредника – вот это и есть бред, – вдруг сказал Том и тут же пожалел об этом – ему в лицо прилетел подаренный ими же мяч. – Эй! Можно обойтись без насилия! – он схватился за ушибленный нос. У друзей было такое чувство, что Ева собиралась, как дикий зверь, наброситься на них и растерзать в клочья.

За всей этой скандальной сценой, положив подбородок на руку и сидя на окне, наблюдал демон. «А я и не знал, что она такая бойкая. Как ей идёт агрессия», – воодушевлённо думал он.

 Шум между ребятами услышала миссис Кон:

- Ева, да что же это с тобой происходит? Что они тебе сделали? Перестань так себя вести! – строго приказала она.

- Они разве тебе ещё ничего не рассказали?

- А что они должны были мне рассказать? – недоумённо спросила мама.

- А, ещё не успели. Ну ничего. У вас есть время. Я больше не хочу вас видеть, и мне не нужны предатели вроде вас. Убирайтесь. – От услышанного Ким издала болезненный вздох. Ева указала им на дверь. Когда все, кроме Кимберли, вышли, та, остановившись, резко закрыла дверь и обернулась в сторону Евы.

- Подожди. Ты не дала мне договорить, но… это уже не важно. После того, как ты всё узнала, мне нет смысла разглагольствовать. Но это я во всём виновата. – Ева посмотрела на неё с некоторым удивлением.

 - Мы же все видим, как ты изменилась, и так переживаем за тебя. Это я думала, что будет лучше, если твои родители обо всём узнают. Том и Джо здесь ни при чём. Я решила войти к тебе в доверие, сказав, что поверила в твою историю.

- Что? – глаза Евы злобно сверкнули.

- Постой, я же говорю, мы хотели как лучше. Мы тоже знаем, как ты мучаешься от приступов, которые происходят с тобой. И я уверена, что это они так сильно изменили тебя. Ты же нуждаешься в нашей помощи, просто не хочешь этого признать. Я думала, я смогу убедить тебя, чтобы ты нормально вылечилась. Ты ведь немного не в себе…

В какие-то минуты Ева поверила в её слова.

- Прости меня, прошу… – и Кимберли обняла озадаченную Еву. Демон, увидев, что его план на грани срыва, сразу же вмешался. Он медленным шагом подошёл к Еве и заговорил зачаровывающим шёпотом:

- Ева, не верь ей. Не верь никому из них. Ты же сама знаешь, что они предатели. Если они не успели предать тебя в первый раз, то обязательно сделают это, – эти слова закрыли в девочке все светлые мысли.

- Нет! – твёрдо сказала она, небрежно оттолкнув от себя Ким. – Ты ошибаешься насчёт того, что я прощу тебя. Немного не в себе? Чего так скромно! Может быть, совсем свихнувшаяся!

В это время в комнату вернулся Джо:

- Ким, не надо лишних подвигов, оставь Еву наедине с собой, – но Кимберли не слушала его:

- Ева, как же ты не понимаешь!

- Чего тут понимать! Вы все очень разочаровали меня. Особенно ты. Я думала, что ты последний человек, который будет участвовать в этом. Так нет же, надо ещё больше врать мне! Ты, всю жизнь стоявшая в тени, никем, вдруг решила проявить инициативу! Да, похоже, я вас совсем не знаю… – девочка немного помолчала. – Поздравляю, у тебя неплохо получилось на первый раз.

Но Ким не желала больше ничего слышать. Она молча уставилась в одну точку: «Никем, никем… никем!» – слёзы полились ручьём, и Кимберли , вытолкнув Джо из дверного проёма, убежала прочь.

- Ева, зачем ты так с ней? – потрясённо поглядел на неё друг. Но она молчала и даже не смотрела на него. – Если ты хочешь, мы можем уехать сейчас, – нерешительно продолжил он.

- Я же сказала: убирайтесь, – произнесла Ева, всё ещё не отрывая взгляда от пола.

- Ева, я… прости, – расстроено произнёс Джо. Он не мог подобрать других слов.

 Когда он закрыл за собою дверь, Ева посмотрела в лицо ангела. Его глаза были полны печали:

- Я сожалею, что так получилось… – начал он. Но она, скрепя сердце, махнула рукой:

- Не надо, – Ева, повернувшись к нему спиной, села – ей нужно было обдумать произошедшее.

                                                                                                                                                                                                                 - Ребята, вы, правда простите Еву, – извинялась за неё миссис Кон, когда они уже надевали верхнюю одежду в прихожей. – Вы же сами понимаете, что после той катастрофы её как будто подменили. Я поговорю с ней о её поведении. На улице мистер Кон уже ждёт вас в машине – он подвезёт вас до вокзала.

Друзья Евы поблагодарили миссис Кон за то, что та разрешила у них пожить, и вышли за дверь в полном отчаянье.

- Не переживай, – спокойно сказал ангел. Ева боялась, что Марк начнёт обвинять её в том, что она сделала или сказала что-то не так. Но, похоже, у него не было никаких укоров. – Ты всё правильно сделала. Надо избавляться от ненужных людей. Как говорится: лучше поздно, чем никогда.

- Да, это так. Но… Они же были моими лучшими друзьями. Мы столько пережили вместе, и… я не могу поверить, что всё вот так, в один день… – Ева почувствовала, что у неё на душе неспокойно, как только голова стала остывать после устроенного скандала.

- Лучшими? – ухмыльнулся чернокрылый ангел. – Возможно, раньше это так и было. Но стоило тебе измениться, как они сразу же перестали принимать тебя, перестали быть твоими настоящими друзьями. Они же не верят тебе. Пойми, иногда можно прожить с человеком всю жизнь и так и не узнать, кто он на самом деле. Помнишь, о чём мы говорили вчера? – Ева доверчиво смотрела на него, впитывая в себя каждое его слово. Девочка неосознанно понимала, что Марк один стал заменять ей бывших уже друзей. Забыв об унынии, она сжала кулак:

- Да, ты прав.

 

 

Глава десятая

 

Поцелуй демона

 

За окном лило как из ведра. Прозрачные капли, разлетаясь, громко стучали о подоконник. Пасмурное небо опустилось так низко, что закрывало крыши домов. Ева сидела на кухне с чашкой горячего какао. Рядом с ней сидел Марк, сложив свои крылья. Они невольно прервали разговор: Ева уныло смотрела в чашку, а лжеангел смотрел в окно на дождь, стараясь рассмотреть каждую каплю. Это явление природы было ему чуждо – демон слишком много лет провёл на выжженной мёртвой земле, забыв свой последний дождь в жизни, когда он был ещё человеком. На кухню тихо прошла миссис Кон, с кем-то разговаривая по телефону. Закончив, Миссис Кон серьёзно посмотрела на свою дочь.

- Ева, я говорила с миссис Шарон. Тебе снова придётся с ней встретиться: надо будет просто проконсультироваться. Она посмотрит на твоё состояние. Я договорилась на три часа дня. Ты знаешь, где её клиника. И ещё, – быстро вставила она, прежде чем Ева успела возразить, – отказ не принимается. Я ясно выразилась? – Еве ничего не оставалось делать, и она кивнула.

В половине третьего Марк и Ева вышли из дома. На улице всё ещё свирепствовала непогода. Несмотря на это, Ева отказалась, чтобы её подвёз отец. Она стояла под прозрачным зонтом на автобусной остановке. Минут через пять подошёл автобус, в котором яблоку негде было упасть. Ева решила, что им придётся ждать следующего, но Марк, ничего не говоря, взял её за руку и повёл в угрюмую от дождливой погоды толпу. Люди стали расступаться перед ними, сами того не осознавая. Так девочка и ангел спокойно доехали до нужной им остановки. Они вышли на Праудстрит, где находилась клиника.

- Я вижу, ты не любишь дождь, – сказала Ева, заметив недовольное выражение на лице своего друга.

- Да, не выношу, когда небо плачет. К тому же, ты сама видишь, что мои крылья стали походить на мокрую тряпку. Внезапно он остановился и замер на месте. Ева не успела понять, что происходит, как вдруг ей в голову ударило множество голосов. Они, не прекращая, общались между собой полушёпотом, повторяя одни и те же слова: «Где он? Где он? Мы найдём его. Мы найдем его…». Эти голоса.… Такие же она слышала, когда на неё накатила волна приступа. По её телу прошёл холодок, явно не вызванный непогодой. Девочка тревожно оглянулась по сторонам, но никого не увидела.

- Марк, что это было? – тихим голосом спросила она.

- Охотники, – сказал он с серьёзным видом. Еву опять охватила паника, которую она не испытывала с тех пор, как познакомилась с Марком. – Ты пока иди по своим делам, а я тебя потом догоню, мне нужно кое в чём разобраться.

- Но если Они нападут на меня?.. – испуганно воскликнула Ева.

- Не волнуйся. Если что, я сразу же окажусь рядом, – уверенно проговорил он.

- Но… – начала Ева. Ангел не дал ей договорить, взяв за плечи: – Не бойся. Поверь, мой долг защитить тебя, и я его выполню. Обещаю тебе. – Девочка не могла спорить, чувствуя, что его серые глаза смотрят сквозь неё. Ничего не сказав своему другу, Ева пошла одна.

Демон слышал голоса Охотников, но других признаков их присутствия не было – это сбивало его с толку. Чернокрылый ангел решил пойти на голоса, чтобы узнать, откуда они раздаются. Доверившись своему чутью, он шёл с закрытыми глазами, удивительно ловко обходя препятствия, пока рука не уперлась во что-то холодное и шершавое. Лжеангел открыл глаза. Перед ним была высокая серая кирпичная стена. Но его взгляд приковывало нечто иное. На стене был светящийся синий знак – источник этих голосов. Он представлял собой закрученный узор с окружавшими его точками. «Метка, – понял демон. – Значит, Охотники уже были здесь и, судя по громкости оставленных голосов, находятся где-то рядом», – заключил он. В его глазах сверкнул игривый огонёк. – «Так чего же мы ждём?» – Лжеангел знал, что с помощью этих меток Охотники сообщаются между собой во время поисков. Когда они кого-то ищут, то разделяются на группы и помечают места, где уже были. Неподалёку должна быть и другая метка. Таким нехитрым способом лжеангел, выследив, где находятся Охотники, мог натравить их на Еву. Это был его шанс, которого он давно ждал.

Ева дошла до клиники вся промокнув – зонт уже не спасал. В голову лезли тревожные мысли: «А вдруг Марк не сможет отбиться от Охотников? Вдруг его убьют?» – она попыталась отбросить все эти ужасные вопросы, сказав себе:

- Нет, Ева, ты бредишь. С Марком всё будет хорошо.

- Вам помочь? – её размышления прервал мягкий голос медсестры, которая случайно столкнулась с промокшей Евой.

- Э… Здравствуйте, – смущённо поздоровалась девочка. – Я пришла по записи к миссис Шарон, – сказав это, она чихнула и ещё больше засмущалась. Но светловолосая девушка в голубом медицинском костюме не обратила на это внимания.

- Раз вы по записи, то я могу проводить вас до её кабинета, – предложила она свою помощь. Ева вежливо отказалась, так как прекрасно знала, где он находится. Поднявшись на второй этаж, Ева пошла мимо кабинетов с белыми дверьми и скамейками, на которых сидели ожидавшие своей очереди пациенты. В конце коридора она оказалась у нужной двери. На часах было ровно три. Ева негромко постучала, после чего послышалось твёрдое «войдите». За столом в удобном кожаном кресле сидела миссис Шарон в нежно-бежевом костюме. Женщина с аккуратно уложенными седеющими волосами и добрыми голубыми глазами дружелюбно посмотрела на Еву и поздоровалась. Миссис Шарон предложила ей горячего чая и начала беседу.

- Ну Ева, давай побеседуем. Как ты чувствуешь себя в последнее время? Тебя уже не тревожат те странные приступы?

- Нет, – равнодушно ответила она.

- Знаешь, твоя мама рассказала о твоём изменившемся поведении. Точнее, она сказала о твоём испортившемся поведении. Что ты стала слишком агрессивной и скрытной. Я уверена, этому должна быть какая-то причина?

- Не знаю, – опять без интереса сказала Ева.

- Может быть, у тебя проблемы в школе? Или ты поссорилась с кем-то близким? – продолжала миссис Шарон. Эти слова напомнили Еве о ситуации с друзьями: она начинала жалеть, что пришла сюда, и снова ответила отрицательно.

- То есть, ты не знаешь, что могло стать причиной? – Еву начала раздражать эта спокойная женщина, к которой она раньше относилась с большим уважением. Зачем она её расспрашивает? Всё равно без толку, Ева ей ничего не расскажет. Девочке и так уже хватило горестного опыта, когда она поделилась своей историей с Люси и друзьями. Если она всё расскажет начистоту, психотерапевт, конечно же, ей не поверит и назначит ещё более усиленное лечение или отправит на срочную госпитализацию. Но миссис Шарон, не отступая, мягко пыталась добиться своего. Ева уже начинала её тихо ненавидеть. Ей казалось, что на неё давят, старясь выудить всю правду до последнего слова. Наконец девочка решила хоть что-нибудь рассказать миссис Шарон. Допив свой чай, она начала говорить, что ей очень тяжело после ссоры с друзьями. Они начали спорить из-за мелочи. В результате всё вылилось в большую ссору, и теперь она очень сожалеет об этом. Ева не упомянула, что считает виновниками в случившемся своих друзей. А миссис Шарон была рада, что Ева наконец-то заговорила. Беседа стала набирать новый оборот, и в комнате воцарилась радушная атмосфера.

Демон нашёл вторую метку, следуя по нарастающим цепочкам голосов. Временами он взлетал над крышами, чтобы лучше сориентироваться, но это давалось нелегко: от дождя крылья намокли и отяжелели. Демон, проделав немалый путь, надеялся на своё сверхъестественное чутьё. Голоса раздавались где-то рядом. Собрав все свои силы, демон спрятался под деревянной крышей старого склада. Поблизости послышался сигнальный гудок причалившего парохода. Демон находился в единственном морском порту Белбриджа. Оказавшись в сухом помещении, он стал стряхивать капли с крыльев. Надвигался туман. Тихо появились Охотники в своих закрывающих лица масках. Демон попятился. Пока он выслеживал их, они выследили его, но этого он и добивался. Демон, будто одержимый, метнулся вверх, проломив крышу. Охотники прыжками последовали за ним, держа наготове посохи.

Беседа была в самом разгаре, а Ева уже успела от неё устать. Она, зевая и ёрзая на диване, неохотно отвечала на бесконечные вопросы миссис Шарон. Ей уже начинало казаться, что всё это происходит у неё во сне, от которого не отдыхаешь, а, наоборот, теряешь нервы и силы. Неожиданно в дверь кабинета спасительно постучали. Это была та самая медсестра, с которой столкнулась Ева. Она сообщила, что миссис Шарон ждёт главный врач.

- Ева, подожди пять минут, пожалуйста, я скоро приду, – попросила психотерапевт и вышла из кабинета. Девочка сразу же легла на диван, растянувшись и стараясь расслабиться. Вдруг раздался громкий стук в окно. Это был промокший до нитки и напуганный Марк. Девочка мгновенно встала и открыла створки. Ангел, ничего не сказав, быстро взял её на руки, прижал к груди и полетел. Ева заметила, что силы его были на исходе, но Марк мчался так быстро, как только мог.

 Когда миссис Шарон вернулась, Евы уже не было, а настежь распахнутое окно громко хлопало. Она взяла телефон и позвонила матери девочки.

Они летели, разрезая на скорости струи ливня, которые мешали им открыть глаза и посмотреть, что вокруг происходит. Слипшиеся крылья, казалось, скоро станут неспособными нести их обоих. Ева, прижавшись к телу ангела, чувствовала его сбивавшееся дыхание и биение сердца.

- Это Они? Они гонятся за нами? – дрожащим голосом спросила Ева. Но Марк ничего не успел ответить. Невидимый кнут из белой пелены настиг его и обвился вокруг одной ноги. Его резко дёрнуло назад, и он, с криком отпустив Еву, отлетел в сторону Охотников. Девочка, не успев издать ни звука, полетела вниз. Всё происходило так быстро, что она была не в состоянии ничего понять. Когда к ней вернулось сознание, она лежала на чёрных мешках в мусорном контейнере, разорвав некоторые из них. Если бы не этот контейнер, она могла бы разбиться насмерть. Но Еву сейчас не интересовали повороты судьбы. Её мысли были заняты только Марком. Быстро вскочив, она побежала в сторону, куда исчез ангел. Вдруг знакомый поток эмоций нахлынул на девочку. Словно бурная река гнева, страха и огромной коварной радости ударила с большой силой. В ушах раздался монотонный звук, сдавливающий её со всех сторон. Схватившись руками за голову, Ева стала метаться из стороны в сторону, как дикий зверь.

- Только не сейчас! – сквозь зубы выговорила она. Но у неё больше не осталось сил. Она упала на землю и стала кататься от душивших её эмоций. «Я должна найти его, я не могу вот так…». Ева нечеловеческими усилиями попыталась встать, опершись о стену здания. Пока она боролась с начавшимся приступом, её окутал таинственный туман. Послышались чьи-то мягкие шаги. «Марк», – неуверенно позвала Ева, пытаясь пересилить неутихающую боль. Дыхание перехватило так, что дышать уже было невозможно. И она, держась из последних сил, увидела их – этих загадочных Охотников в их балахонах и масках. Её глаза наполнились ужасом. – «Неужели всё так закончится?!»

 Тем временем Марк, сидя на крыше, смотрел на неё сверху спокойным холодным взглядом. Он бешено ликовал, радуясь своей победе. Связь между ними возросла настолько, что ему больше не нужно было впадать в транс, чтобы проникнуть в душу Евы. «Пожалуй, я не буду мешать её предсмертным мукам.… Наконец-то свершилось! Как я ждал этого!» – безумствовал он.

Охотники после долгих поисков наконец-то жадно схватили Еву, принятую ими за свою жертву. Но тут произошло нечто, чего демон не предполагал. Руки Охотников, прикоснувшихся к Еве, сильно обожгло. От их ладоней пошёл пар, они пронзительно вскрикнули, резко отскочив от Евы. Девочке сразу же вспомнился сон, где она истребила неведомых «жителей» огненной земли. Демон настолько поразился этому явлению, что перестал теснить своими чувствами душу Евы, и она успела ощутить внутри себя это удивление прежде, чем приступ внезапно прекратился. Девчонка, еле поднявшись на ноги, набросилась на пятившегося от неё Охотника, который ещё не успел исчезнуть, и сорвала с него маску. За ней, как она и ожидала, было ужасное лицо из пепла. Существо открыло свою страшную пасть и, зашипев на неё, исчезло в тумане.

Дождь прекратился. В руке Евы осталась только маска. Она гневно швырнула её в сторону, в оцепенелом состоянии упала на колени и закрыла лицо руками. Как ни старалась, она не могла заплакать, сотрясаясь в «сухих» рыданиях. Внутри Евы стала накапливаться пустота, словно разъедающая её душу бездна. У неё было такое чувство, что за одно мгновение она лишилась всего на свете. Тело тряслось от тяжёлого нервного напряжения. Внезапно странный звук заставил девочку вздрогнуть. Кто-то неподалёку шумел, что-то раскидывая и злобно ругаясь. Ева пошла на звук. Перед ней стоял Марк. Она никогда раньше не видела его таким: у него была настоящая истерика. Он, не замечая её, метался из стороны в сторону, разбрасывая мусорные мешки, которые попадались ему под руки, иногда взлетая и часто махая крыльями, ударяя кулаками о стену. В таком состоянии Марк выглядел как настоящий бес.

- За что, за что, за что?! Чёрт! Как это могло получиться?! – надрываясь, кричал он.

- Марк? – неуверенно окликнула его Ева, осторожно подходя и поражаясь его поведению. Услышав её голос, ангел мгновенно прекратил буянить, сделав при этом такое лицо, будто его застали за каким-то преступлением.

- Ева! – страдальчески воскликнул он. – Мне так плохо! Я не смог тебя защитить. А если бы ты погибла! Я бы этого не пережил! – надрываясь, кричал он, терзая свои крылья, от чего перья летели в разные стороны. – Меня отправили бы за это в ад. Да, Небеса! – Казалось, что Марк начинал сходить с ума. Небо гневно разразилось над ними оглушающим громом. Ева в страхе бросилась к ангелу и крепко прижалась к нему. Когда всё затихло, Марк, придя в себя, виновато сказал:

- Какой я тебе Хранитель? Не смог защитить тебя, а ведь они могут вернуться, и на этот раз у них может получиться задуманное, если я опять так безответственно поведу себя. Скорей всего, я дурак, – вздохнул он. Но Еву совсем не расстроили слова ангела, потому что она была по-настоящему счастлива. Она почувствовала, что кому-то нужна. Он, упрекая себя в том, что не смог защитить её, тем самым вызывал в Еве неосознанную радость.

- Перестань винить себя. Помнишь, ты мне говорил, что у всех бывают ошибки, – Ева посмотрела на него нежным взглядом. У Марка в глазах засверкали огоньки, и в ответ он улыбнулся ей. «Доверие, доверие, доверие», – с иронией подумал демон, глядя на прижавшуюся к нему Еву. «Самое примитивное чувство из всех. Но сейчас оно мне только на руку. Ничего, я всё исправлю. Сделаю её беззащитной, забрав эту чудесную силу, с помощью которой она избавилась от Охотников. В ней горит огромная любовь к жизни, которую я ни разу не чувствовал и осознал её слишком поздно, когда меня поглотил адский огонь». Ева подняла голову. Они посмотрели друг на друга. Внезапно ангел наклонился, и его губы впились в её губы. Ева от неожиданности широко открыла глаза. Она почувствовала себя на седьмом небе. Вдруг у неё появилось странное ощущение, что из её души что-то уходит. То, на что раньше она не обращала внимания. Ева попыталась оттолкнуть от себя чернокрылого ангела, но демон крепко держал её, пока всё, что из неё вытекало, не допил до дна. Теперь ему оставалось только дожидаться её смерти. Затем лжеангел резко отпустил Еву, от чего она сделала несколько шагов назад.

- Тебе плохо? – обеспокоено спросил он. Ева, отдышавшись, пугливо посмотрела на него. Марк решил «объяснить»: – Прости. Я забыл, что могу причинить тебе боль. Существа из разных миров никогда не смогут быть вместе, – ангел попытался изобразить что-то вроде смущения, но у него ничего не получилось. Его выдавали радостные глаза. Ева сказала, что она всё поняла и не сердится на него. После этого он взял её ослабевшее тело на руки, и они взлетели ввысь, направившись к дому номер три на Стоундейл.

 

 

Глава одиннадцатая

 

Отвергнутое чувство

 

Ева пошла в дом, попросив Марка подождать на улице. Когда она вошла, то обнаружила мистера Кона, сидящего в кресле к ней спиной. Ева попыталась незаметно проскользнуть мимо отца, но он успел заметить её появление и, не поворачивая головы, строгим голосом приказал ей остановиться.

- Ева, что это значит? – рассерженно спросил мистер Кон.

- О чём ты?

- Твоей маме звонила миссис Шарон; она сказала, что ты сбежала из её кабинета через открытое окно на втором этаже. Ты в своём уме? – отец встал и, повернувшись в её сторону, посмотрел на дочь сердитым и одновременно недоумевающим взглядом. Но Ева не знала, что ответить ему в своё оправдание. Она не могла рассказать ему правду, лишь печально опустила глаза. Отец понял, что бесполезно бороться с её упрямством:

- Ну что ж. Если ты собираешься молчать и дальше, то немедленно отправляйся в свою комнату и не выходи оттуда, пока я тебе не разрешу! – чуть не срываясь, громко сказал мистер Кон, когда Ева уже хлопнула дверью и добавил: – И хорошенько подумай о своём поведении!

Затем он сел в кресло, потирая виски, с неприятным, беспокойным ощущением: он очень давно не ссорился с Евой.

Тем временем девочка впустила ангела в дом. Он, как обычно, залетел через окно. Его подсыхающие крылья торчали слипшимися перьями в разные стороны. Ева рассказала ему о неожиданной ссоре с отцом.

- А самое обидное, что я, как бы мне этого ни хотелось, не могу ничего никому объяснить, – грустно закончила она.

- Наверное, с этим просто надо смириться. Но все-таки обидно, что твои родные… – демон продолжал настраивать Еву против близких. Девочка успела вставить:

- Это так больно.

Вечером домой вернулась миссис Кон. Она сильно запыхалась, её светлое пальто было в брызгах, а белый берет съехал с головы.

- Ева пришла? – это было первое, что спросила мать.

- Да, у себя в комнате отсиживает наказание, – холодно произнёс отец, перелистывая газету. Миссис Кон с облегчением вздохнула и попросила непослушную дочь выйти. Через несколько минут послышались неторопливые шаги. Когда Ева вошла в гостиную, лица мамы и папы были встревожены.

- Ева, может быть, ты расскажешь нам причину твоего побега, – мягко попросил мистер Кон, как будто забыв о том, что они поссорились с ней несколько часов назад. Девочка упорно молчала, отвернувшись в сторону: ей не хотелось ничего говорить, а тем более в сотый раз лгать своим родителям.

- Ева, да что же с тобой происходит? – этот вопрос мучил миссис Кон уже не первый день. Но, как и ожидала мать, ответа не последовало, и ей пришлось продолжить: – У тебя очень изменилось поведение: ты стала хуже учиться, поссорилась с друзьями, хотя раньше такого не было, и вообще перестала нормально общаться с кем-либо. А теперь ещё и сбежала прямо с приёма от миссис Шарон. У меня нет слов. Ты правда ничего не хочешь сказать?

 Ева, резко повернув голову в сторону родителей, воскликнула гневным голосом:

- Да оставьте вы меня в покое! – после чего она выбежала прочь. Этим вечером Ева больше ни словом не перемолвилась с родителями, сильно озадачив их.

Зайдя в комнату, Ева, задумавшись, села на кровать. Ангел с интересом наблюдал за ней.

- Нет, это абсурд! – Ева словно разговаривала сама с собой, не обращая внимания на Марка. – Я ничего не могу им объяснить. Они считают, что я сама не своя, считают, что мне нужно лечение, хотя это не так! Неужели им так трудно поверить мне! Открыть глаза! – с каждым словом она всё больше злилась, чем очень веселила демона: «А, по-моему, открыть глаза должен кто-то другой, – с усмешкой подумал он. – Впрочем, я рад, что она этого не понимает. За ней так забавно наблюдать… ». Ева посмотрела на ангела решительным взглядом:

- Я хочу уйти отсюда. – Он вопросительно посмотрел на неё, в его глазах читалось «куда»?

- Куда-нибудь, но я больше не хочу здесь оставаться! – нервно стала объяснять Ева. – Хотя, постой, есть одно место…

 И они взлетели над Белбриджем, закрыв за собой окно.

Где-то в центре города находился небольшой парк с разросшимися могучими деревьями. Некоторые из них стояли здесь уже не один век, высоко раскинув ветвистые кроны. Поздней осенью парк Стэйлэнд выглядел опустевшим и, в то же время, таинственным: каждый звук невольно настораживал, любая тропинка, казалось, могла запутать и увести в никуда, и сама природа здесь была наполнена необычной жизнью. Под опавшими листьями можно было найти ещё цветущий ковёр из мелких жёлтых цветов. Можно было встретить его обитателей: серых белок и птиц, маскировавшихся в ветвях деревьев и кустов. Девочка и ангел приземлились у зеркальной глади небольшого Тихого озера. Вокруг него был ровный песчаный берег. Слабое осеннее солнце отражалось в воде, мелькая в проходящих мимо тучах.

Ева сделала несколько небольших шагов и упала на колени, не отводя взгляда от Тихого озера. Марк, медленно подойдя, встал рядом с ней.

- Правда красивое место? – спросила она, оглядываясь вокруг.

- Да, – сухо ответил ангел. Его не интересовали слова Евы, хотя сам вид озера был для него завораживающим: веяло бесконечным спокойствием, и хотелось уйти в небытие, забыть все свои тревоги.

- Я всегда бываю здесь ранним летом или в конце весны – мы ходим сюда с родителями и устраиваем пикники. Это моё самое любимое место. Тихое озеро всегда такое красивое и спокойное, им можно любоваться, сколько захочешь. Правда, летом здесь намного живописнее, но и сейчас тут тоже не так плохо. Она снова повернула голову в сторону ангела:

- Марк, ты единственный из всех, кого я знаю, кто так хорошо понимает и заботится обо мне. Я знаю, что ты защитишь меня от Них, – она немного помолчала. – После этого ты оставишь меня? – её глаза заблестели, к горлу подкатил комок. Ангел неторопливо сел на песок.

- Да, – он попытался произнести это с сожалением. – Так надо. Я не создан для жизни в этом мире.

- Но даже если ты покинешь меня, то знай, – уверенно сказала Ева, хотя её голос всё ещё дрожал, – за всё это время ты стал для меня самым близким на свете. Ты стал для меня больше чем друг, – и она нежно наклонилась к его плечу, капнув на него горячей слезой. Когда горькая капля задела его кожу и потекла вниз, холодное сердце демона вдруг ёкнуло, причинив ему небольшую колющую боль. Что-то, застывшее в нём навеки, стало просыпаться, разрушая «чёрную корку», покрывшую его сердце. Когда демон понял, что это было, то разозлился не на шутку, закрыв свою душу, так и не дав ей проснуться и вырваться из-под его контроля. Он яростно, не осознавая, что делает, оттолкнул от себя Еву. Затем лжеангел разъярённо понёсся над озером, терзаясь муками:

- Как? Как я мог себе это позволить? Будь я проклят! Я не должен! – в сердцах кричал он.

Ева, перепугавшись, не верила своим глазам. Когда демон приземлился, всё ещё терзаясь, гневно хлопая крыльями, рассеивая клубы пыли, Ева не решилась снова приблизиться; ей показалось, что это был вовсе не Марк, а злое чудовище – его глаза смотрели на всё диким, звериным взглядом, и он крепко сжал зубы. Потом ангел, словно обессилев, упал на колени, возбуждённо дрожа и смеясь в тихой истерике. Он взглянул на своё отражение в стеклянной глади озера: на него смотрело разгневанное лицо юноши с серыми глазами. Ещё какое-то мгновение он смотрел на это отражение, после чего ударил со всей силой и ненавистью по нему.

- Ненавижу себя, – сквозь зубы произнёс он. Ева не могла спокойно смотреть на него. Она отчаянно кинулась к нему и крепко обняла сзади, пытаясь вывести его из этого ужасного состояния.

- Успокойся. Прошу, не надо, – всхлипывая, говорила Ева, гладя своего любимого ангела по чёрным волосам. Демону захотелось отбросить её, но он не решился рисковать её доверием. Девочка не понимала, почему Марк так себя повёл, но считала, что ему была необходима забота с её стороны, в которой он на самом деле не нуждался.

- Пожалуйста, давай найдём другое место. Мне здесь не нравится, – сиплым, почти срывающимся голосом сказал ангел, пытаясь унять дрожь в теле.

- Хорошо, давай, – безоговорочно согласилась Ева. Он резко схватил её за руку, и они исчезли.

 

 

 

Глава двенадцатая

 

Изъян в плане

 

Весна наступила неожиданно. Зимой Белбридж занесло снегом, и сейчас под тёплыми лучами солнца он оживал журчащими потоками ручьёв. Вместе с проснувшейся жизнью в город вернулась энергия движения: люди засуетились и торопливо зашагали по улицам и бульварам; транспорт, казалось, тоже стал ходить быстрее. Теперь каждое утро Евы начиналось с солнца, неумолимо светившего в окно, и неугомонного щебета птиц. И каждый раз ей приходилось натягивать на голову одеяло – она не любила весну. Но даже её приход не смог растопить холодные отношения между Евой и близкими ей людьми. Она по-прежнему была настроена к ним недружелюбно, особенно к родителям. Ей казалось, что мистер и миссис Кон хотят вытащить из неё какую-то несуществующую правду, которую они сами придумали и теперь желают услышать её от дочери. Родители же, в свою очередь, не могли поверить в то, что стало с Евой, успокаивая себя, что это переходный возраст. Она до сих пор не общалась с Томом, Ким и Джо, не послав им ни одной весточки, даже открытки на Рождество, не сделав ни одного звонка и не отвечая на их послания. Раньше Ева не смогла бы простить себе такого отношения к ним, но сейчас она погрузилась в общение со своим новым другом, и до остальных ей не было никакого дела. Девочка твёрдо решила, что извиняться должны они. Конечно же, Ева боялась, да и не хотела думать о том, что будет, когда Марку придётся покинуть её. Главное, что сейчас он с ней рядом. Он тоже в последнее время изменился. Стал задумчивым, раздражительным и постоянно исчезал по утрам и вечерам, не предупреждая Еву. Ева вся горела любовью и доверием к нему и думала, что на мелочи не стоит обращать внимания, ведь они уже так привыкли друг к другу. Он же продолжал поднадоевшую ему миссию по отторжению Евы от окружающего мира и всё так же пользовался её мечтательной наивностью.

Вот и в это утро Ева нигде не обнаружила ангела. Проснувшись от светившего прямо в глаза яркого луча, она ещё какое-то время недовольно поворочалась под одеялом и встала, зная, что Марк опять куда-то улетел.

За три прошедших месяца демоном овладело сильное отчаянье, которое иногда переходило в тоску, а временами – в гнев. Он страдал от бездействия и от безысходности положения. Как ему всё надоело. Он уже через силу заставлял себя показывать привязанность к Еве, радуясь, что она этого не замечает, будучи ослеплённой любовью. Не только доверие, но и любовь демон считал одним из бессмысленных чувств, ведь она тоже делает тебя беззащитным перед другими, забирая при этом много сил. Эту ненависть к чувствам лжеангел сохранил с тех пор, когда был человеком. Он родился в восемнадцатом веке и сразу же оказался лишённым родительской ласки и любви. Родители просто-напросто отказались от него, поскольку им не на что было его прокормить. Марка отдали в приют для бедных, где с детьми очень жестоко обращались, связывая по рукам и ногам за непослушание, закрывая на три дня без еды и воды в котельной. Их заставляли трудиться на чёрных работах, из-за чего много детей погибало. Но мальчик был по своей природе свободолюбив и эгоистичен, не смог смириться с такой жизнью и задумал побег. В один из дней его не обнаружили в приюте. Оказавшись на свободе, он стал уличным попрошайкой-одиночкой. Но и здесь ему было не лучше. Из-за постоянных насмешек и ударов судьбы, он возненавидел людей, а затем и себя. Жизнь для него стала безразлична. Он был готов в любое время отречься от «ненужной» жизни, но им двигала ненависть и цель – отомстить всем, кто когда-либо унижал его. Всё началось с грабежей, а закончилось убийствами. Марк ликовал и безумствовал, издеваясь над людьми, держа их в постоянном страхе. Никто не мог поймать неугомонного злодея – каждое его действие было продумано. Но сколько бы он ни мстил людям, этого ему было мало. Единственное, что нравилось Марку – покой. Он мог часами сидеть один и мечтать о вечном спокойствии в душе. Но жажда мести заставляла юношу снова вершить судьбы людей, и ему никогда не было совестно за свои деяния.

Марк умер в возрасте двадцати пяти лет. Одному из его коварных планов не суждено было исполниться. Его застали на месте преступления, когда он пытался ограбить дом знатной и очень богатой леди, а затем убить её. Добраться до спальни хозяйки дома можно было, только поднявшись по старой деревянной лестнице. Убийца нёс в руке своё орудие, как вдруг под ним провалилась гнилая ступенька. Он не устоял и рухнул вниз, наделав много шума. После долгих и беспощадных пыток была назначена казнь – повешение на главной площади города перед народом. Как они все радовались его смерти, смеялись. Отмщение не возвысило его над другими: он снова слышал смех, унижения, издевательства, которые мучили его с детства. Марк не захотел принять этого; в голову резко хлынула кровь, и он в яростном порыве сам надел себе петлю на шею, прыгнув в открытый люк, тем самым добровольно отдав себя в руки Дьяволу. Долго ещё на площади Шарвильстона висел труп бессердечного убийцы Марка Брауна. Такова была земная жизнь лжеангела, в которой он не успел совершить своего последнего убийства, не успел насытить свою месть. И даже когда Марк стал демоном, верным слугой своего Хозяина, он не обрёл желанного покоя. Ему нужно было действовать….

 Каждый день демон улетал на поиски меток. Он знал, что Охотники могут долго не появляться, помня случай с Евой, но очень надеялся, что когда-нибудь отыщет их след, и со всем этим будет покончено. Ещё одной причиной, по которой демон покидал Еву, была она сама. Лжеангел устал от неё, и если бы он не оставлял её, то скорей всего, просто сорвался бы, тем самым провалив свой план. Единственное, что утешало демона, была мысль о том, как он будет радоваться, когда покончит с Евой и возвратится в ад. Однажды, когда уже стемнело, Марк, залетев в открытое окно гостиной, увидел безмятежно спящую Еву. Его настроение было хуже некуда; он ненавистным взором окинул девчонку, и его взгляд остановился на её лучистом, веющем теплотой, красивом лице. Ева чуть заметно дышала, улыбаясь во сне. «Как же я тебя ненавижу, глупое создание! Ненавижу, ненавижу, ненавижу! – демон сел на колени рядом с диваном, на котором она спала. – Вот ты спишь, радость моя, такая беззащитная, открытая и ничего не подозреваешь. Если бы ты знала, как я хочу достать твоё сердце с кучей всяких глупостей и выпотрошить его. Я хочу, чтобы ты ушла, хочу, чтобы оставила меня в покое, – умолял он её в своих мыслях, при этом, подняв над ней свою безжалостную руку. – Нет, я не могу, я должен стерпеть – иначе всё будет напрасно, – демон хотел избавиться от Евы, его терпение кончилось. – Нет, рано!» – сказал он вслух. Ева, услышав его голос, открыла глаза: «Марк, – она посмотрела на него сонными глазами, слабо улыбнувшись, – ты что-то сказал?»

- Да, – его гневное лицо стало ласковым, – я пожелал тебе сладких снов, – и он нежно провёл по волосам Евы рукой, которая ещё минуту назад была готова причинить ей боль. Ева, взяв ладонь ангела, снова мирно уснула, ощущая себя в полной безопасности.

Марк вернулся, как всегда, расстроенным, когда Ева сидела за уроками. Она уже не спрашивала его, где он был: он, как всегда, ответил бы, что смотрел, нет ли где поблизости Охотников. Наконец Ева не выдержала и задала давно мучавший её вопрос:

- Марк, а почему демон так и не появлялся? – Он удивился этому вопросу и, немного подумав, ответил:

- Наверное, потому что я с тобой. Но у меня дурное предчувствие насчёт него… – ангел замолчал.

- Какое? – сразу же встрепенулась Ева.

- Он скоро может нанести сокрушительный удар, – твёрдо закончил Марк. Его радовала тревога в глазах Евы, но он, как всегда, скрыл это. С тех пор Ева не решалась спрашивать его о демоне.

Апрельское солнце слабо грело проснувшуюся землю. Но это не являлось поводом для того, чтобы надевать ужасный малиновый берет по настоянию матери. Ева, прежде чем выйти на улицу, запихнула ненавистный головной убор в почтовый ящик. Когда она вышла, холодный весенний ветер растрепал волосы, а на душе почему-то стало легко и весело. Сидевший на крыше Марк бесшумно приземлился рядом с ней, невольно напугав девочку. Не сказав друг другу ни слова, Ева и Марк не спеша пошли по улице. Демон не понимал: зачем просто так таскаться по улицам и любоваться на распускающиеся цветочки? Ева пыталась выразить свои чувства к чернокрылому другу, бросая на него нежные взгляды. Но из этого ничего не получалось. Марка сразу же передёргивало, и он отворачивался, давая понять, что ничего не выйдет. Любовь была тем чувством, которое он отвергал.

Они прошли небольшое расстояние от дома и только собирались свернуть за угол, как демон услышал какой-то шорох в кустах. Он мгновенно повернул туда, но никого не обнаружил. Ничего не сказав Еве, демон взял её за руку. Девочка вопросительно посмотрела на него, но он ничего не ответил. Снова послышался хруст ломающихся веток. Ева тоже устремила взгляд в сторону слабого, насторожившего её звука. Вдруг на заборе ярко-красным сверкнул странный символ. Стали раздаваться знакомые приглушённые голоса, которые невозможно было разобрать: они все сливались – так их было много.

- Что это? – удивилась она. Но Марк вновь не ответил на её вопрос. Он лишь произнёс с холодом в голосе:

- Они обнаружили нас. И, Ева, я боюсь, что ты уже не сможешь защититься, как в прошлый раз. – Еву поразило спокойствие, с которым это было сказано.

- Что это значит? – она недоумённо посмотрела на ангела. В ответ – опять молчание. Еву начинало это раздражать. – Марк! – возмущённо и в то же время испуганно произнесла она. Но он уже небрежно схватил девочку и полетел над Белбриджем. К Еве подкралось недоброе предчувствие. Она впервые перестала ему доверять. А демон решил, что можно уже не разыгрывать этот спектакль и снять лживую маску со своего лица.

- Нам не нужны свидетели! – произнёс он чужим голосом, чему-то радуясь. После этого они исчезли в воздухе.

 

* * *

Они прилетели в заброшенный завод, что на окраине города. Демон принёс свою жертву в один из металлических ангаров. В нём было просторно и светло, несмотря на то, что повсюду валялось множество обломков и пахло сыростью. Он бросил измученную полётом Еву на пол, а сам сел на один из стальных каркасов. Ева боялась верить в то, что происходит: «Ведь Марк не может!» Не может, если это её Марк. Но он уже им не был.

- Что мы здесь делаем? – спросила она, поднявшись на ноги. Её голос тихо дрожал.

- Ждём твоего конца, – невозмутимо ответил её «друг». На его лице наконец-то проявилось выражение, которое он так долго скрывал от Евы. Он добился долгожданной цели.

- Моего конца? – Ева пыталась убедить себя в обратном. В её голове носились мысли: «Как? Этого не может быть? Марк не способен на такое!..». – Ева не успела ещё осознать происходящего, как ворвалась целая шайка Охотников. Выходя из тумана, они как вороны окружили спутников. Переминаясь с ноги на ногу и перепрыгивая с одного места на другое, Охотники были чем-то недовольны, хотели наброситься на демона и растерзать его. Он спрыгнул вниз и захохотал сумасшедшим смехом. Этот хохот отразился ужасным эхом в стенах барака. Ева ничего не понимала. Она чувствовала себя беззащитной, ей очень хотелось убежать, но она не могла – от страха у неё ослабли ноги. Внезапно она ощутила странную боль. Внутри забушевал поток эмоций, поднимающийся вверх, и волна приступа снова сжала её сердце. Наконец Ева не выдержала, эмоции вырвались наружу безумным смехом демона. Она испытывала его огромное удовлетворение в достигнутой цели. Девочка бессильно упала на пол и оказалась прямо у ног Марка. А у него уже не осталось ничего человеческого. В его взгляде застыл холод.

- Но я же люблю тебя… – выдавила из себя Ева, сотрясаясь от судорог. Охотники подскочили к девочке, почувствовав в ней душу демона, и жадно вцепились в неё – их не обожгло как в прошлый раз. Демон забрал всю её любовь к жизни, и Еве было всё равно: умрёт она или нет. Охотники медленно потащили девочку по полу, чувствуя, что она уже не сопротивляется.

 - Мне не нужна твоя любовь. Ты для меня всегда была никем, – жестоко и равнодушно произнёс демон. Эти слова как ледяной кол вонзились в сердце девочки. В будоражащем фонтане эмоций она нашла свои, и у неё вырвался отчаянный крик. Слёзы покатились по щекам, и Ева умоляюще протянула к нему руки.

- Нет, этого не может быть! – закричала она. Охотники продолжали тащить её за собой, удаляясь от неподвижно стоявшего демона. «Я одна, одна… меня никто не может защитить. Я никому не нужна. От меня отвернулись близкие и друзья. Меня предал тот, кого я так сильно люблю… », – с грустью и страданием думала Ева.

- Я хочу умереть! – страдальчески воскликнула она, глядя вверх. Демон услышал эту фразу, и Ева почувствовала его радость. И эта радость подействовала на неё, как внезапно окативший ледяной поток. «Боже мой, что я делаю? – удивилась она сама себе. – Как же я раньше не поняла! Я же сама отвернулась от всех, они же не отвернулись от меня! Теперь я точно знаю, что я не одна. Что я нужна своим близким, как и они мне. Это он никто! Пора исправить ошибку», – твёрдо решила Ева. К ней снова вернулось желание бороться за жизнь и уверенность в своих силах. Охотники, почувствовав сомнение в том, что это их жертва, отпустили Еву. Она поднялась на ноги и посмотрела демону прямо в глаза.

- Хочешь играть жестоко? – твёрдым голосом спросила Ева. – Так подавись своей жестокостью, предатель! – она ещё чувствовала, как бешено трепыхается его чёрное сердце, как он безумно, со злостью негодует, пока не обрубила эту связь между ними. Все эмоции вернулись к нему обратно. Когда он это осознал, в его глазах появился ужас. Но демон подумал, что ещё не всё потеряно. Он с надрывом, истеричным голосом произнёс:

- Зря ты так уверена! У меня есть твоя сила! Они не тронут меня! – Ева лишь поразилась его безумству:

- Как ты не понимаешь? Любовь к жизни нельзя забрать, а ты именно это пытался сделать. У тебя ничего не получится. Эта любовь заложена глубоко в душе, это она заставляет бороться и быть сильным. А ты ненавидишь всё, в том числе и себя. Жизнь надо любить и уважать.

- Какую чушь ты несёшь! – кричал демон задыхаясь. Он не верил, что проиграл. Он, у которого всё было так тщательно продумано. Охотники совсем близко подобрались к демону, и один из них схватил его за плечо. Огромными усилиями лжеангел вырвался из рук Охотника и понёсся прочь, отчаянно крича. Но другой Охотник быстро достал свой жезл и нацелился прямо в демона. Невидимый кнут, словно стальной нож, на огромной скорости настиг беса и отрубил ему крыло. Демон дико закричал и рухнул вниз. Он не знал куда деться – впервые он был растерян и слаб. Лжеангел напрасно махал одним крылом, пытаясь удрать. Вскоре было отрублено и второе крыло. Из обрубков вяло текла малиновая кровь. Тогда демон подполз к Еве и упал к её ногам. Ева с презрением смотрела на него, видя пред собой лишь жалкого изменника – они поменялись местами.

- Ева! Ева, прости меня, – надрываясь, умолял демон, ползая у неё в ногах. Но девочка не решалась дать ему шанс, боясь, что он, воспользовавшись этим, опять проникнет в её душу. Охотники крепко связали его нитями и были уже готовы унести свою жертву на верную смерть.

- Я так любила тебя, а ты пользовался моим доверием и всё время лгал мне. Ты мне лгал! Да, я была глупой мечтательницей, которая видела мир через розовые очки; я думала, что я нашла того, кто может избавить меня от проблем, кто поймёт меня. Боже, я теперь сама не понимаю, как я могла довериться тебе. Посмотри, до чего довели тебя твои «безупречные» коварные планы – теперь ты лежишь у меня в ногах. Это ты всё время был никем, потому что ты живёшь ложью и всё время считаешь себя умнее и лучше других. Бессердечный, ненавидящий всех, самоуверенный эгоист. Неудивительно, что ты попал в ад, – Ева закончила свою длинную речь, когда Охотники уже тащили связанного демона, который ногтями цеплялся за землю, оставляя следы. Но тут Ева увидела то, что смогло пробудить к нему жалость. По лицу демона текли слёзы, он раскаивался в том, что натворил, дав волю чувствам, которые он считал жалкими и унизительными. Теперь он не походил на исчадие ада. Это был уже не демон.

- Ева, ты видишь меня в последний раз, прости меня за всё, – сказал он сквозь слёзы. – Я признаю, как бессердечно с тобой поступил, что был самоуверенным глупцом. Я… я раскаиваюсь, – еле выговорил он. Лжеангел понимал, на что идёт, так как эти слова были смертельны для демона. После этого он закрыл глаза и испустил последний вздох. Когда Охотники поняли, что их жертва уже мертва, отпустили её, освободив от крепких пут. Они растворились в тумане, оставив тело бескрылого мёртвого демона.

 

 

Глава тринадцатая

 

Рождение ангела

 

Ева медленно подошла к мёртвому телу и села рядом. Она не дотрагивалась до него и не лила горьких слёз, а только печально смотрела на демона. Ева не испытывала к нему ни отвращения, ни ненависти, наоборот, она очень переживала его смерть. Все эти дни, проведённые вместе с ним, он ей лгал. Но после того как Марк признал свою вину, пожертвовав своей жизнью, он снова стал для неё другом. Её поражало, как много ему понадобилось времени для того, чтобы открыть ей свою лживую натуру. Но больше всего Еву удивило, что он раскаялся в своих поступках. Это значит, что время, которое он провёл с ней, не прошло даром. Она смогла разбудить в нём давно увядшие чувства. У Евы было такое ощущение, будто сильно ударили по голове – всё вокруг принимало расплывчатые очертания. Ева протянула руку и провела по его волосам.

- Марк. Я горжусь тем, что ты осознал, каким был бессердечным. Но мне так больно оттого, что мы с тобой навсегда разлучились. Даже если ты меня сейчас не слышишь, всё равно знай, что я простила тебе твоё зло, – после этих слов Ева встала и пошла прочь. По её щеке скатилась слеза. Её всё ещё жутко мутило от перенесённых событий. Ей хотелось быстрее забыть прошлое и не тянуть его за собой. Но что-то заставило её невольно оглянуться. Когда она повернула голову, перед ней предстало нечто невероятное. Прямо с небес, через отверстие в крыше, на тело бывшего демона упал яркий луч и осветил всё вокруг. Ева наблюдала за происходящим, широко открыв глаза, наполненная ожиданием чуда. Свет не ослеплял – он был словно шёлковый. На спину Марка стали падать тысячи искрящихся блёсток и от обрубков, где раньше были крылья, шёл свет, напоминающий контуры крыльев. Он стал приобретать материальные черты, и вскоре на месте чёрных растрёпанных крыльев выросли новые. Они были ослепительно белые, огромные, и от них так и веяло силой. Лившийся сверху свет стремительно вошёл в тело и приподнял его, словно в него вселилась новая душа. Ева была удивлена увиденным настолько, что не решалась подойти. Перед ней лежал настоящий ангел. От его кожи исходило нежное сияние. Он повернул голову, открыл свои серые глаза и посмотрел прямо на Еву. Этот взгляд сильно отличался от того, каким он раньше смотрел на неё. В нём была лишь доброта и проницательность, но уже не таилось ничего злого. Ангел поднялся на ноги и с улыбкой посмотрел на Еву. В ней бушевали странные чувства: она видела перед собой знакомого ей ангела, но в то же время он казался каким-то новым. Первое, что смогла произнести Ева, – это было его имя:

- Марк? – неуверенно спросила она.

- Да, Ева, это я, – она услышала голос, который согрел её сердце. Ни секунды не колеблясь, девчонка бросилась к нему и обняла.

- Как, как ты… – шептала Ева – в таком состоянии она не могла себя контролировать.

- Демон, раскаявшийся в своих злодеяниях, умирает. Но… чтобы он стал ангелом, его должна воскресить любовь, которая простит самые злые грехи. Ева, спасибо тебе, что смогла понять и простить меня. Благодаря тебе я умер демоном, а родился ангелом. Сейчас на душе легко и спокойно. – После этих слов ангел бережно подхватил Еву и, взлетев, понёс в сторону её дома. Полёт ангела был плавным и ровным. Ева впервые после долгого времени засмеялась, и её смех был переполнен счастьем и радостью.

Оказавшись в доме на Стоундейл, Ева ворвалась в гостиную, где находились её родители. Сейчас ей больше всего хотелось попросить прощения у них за своё неблаговидное поведение.

- Ева, мы не слышали, как ты пришла, – сказала миссис Кон строгим голосом. Этот тон остался в её голосе с тех пор, как Ева изменилась в худшую сторону.

- Мама, папа, простите меня, я всё поняла… Я больше не буду так … – заикаясь, говорила Ева, переполняемая чувствами. Она радостно обняла своих родителей. Они не ожидали такого, но ответили ей взаимными объятиями.

- Что с тобой? – удивился мистер Кон.

- Ничего. Просто я опять стала прежней. Я просто хотела сказать вам, что я вас очень сильно люблю. Я знаю, что моё поведение в последнее время огорчало вас, но с сегодняшнего дня у нас всё будет как прежде. Я хочу, чтобы вы знали, что для меня вы самые дорогие люди на свете. – От услышанных слов Евы, миссис Кон не выдержала и прослезилась.

- Ева, ты для нас тоже всегда самая дорогая и любимая. Мы никогда не бросим тебя, что бы ни случилось, – сказала она, утирая выступившие слёзы.

- А сейчас, если вы не против, я съезжу в Виквинд и попрошу прощения у своих друзей, – сказала Ева и помчалась к выходу. Нужно было торопиться, так как Марк не мог долго находиться на земле.

- Но, Ева, поезд отходит в три часа, а сейчас только полдень, – бросил ей вслед мистер Кон. А Ева уже закрыла за собою дверь. Через мгновение они летели в Виквинд. Еве хотелось извиниться перед всеми близкими ей людьми, пока её друг ещё был на земле, чтобы он улетел в рай со спокойной душою и не тревожился о том, что натворил, когда был демоном.

Вот уже вдалеке показались знакомые домики, которые приближались с каждой секундой. Ангел ещё какое-то время парил в воздухе над маленьким городком.

- Смотри, вот они! – воскликнула Ева, показывая на площадку, где она летом с друзьями играла в футбол. Ангел мягко приземлился на весеннем поле с первыми ранними побегами, которое расстилалось неподалеку от площадки. Ева, как только её ноги коснулись земли, побежала к своим друзьям.

- Подожди! – крикнул ей Марк. Ева, обернувшись, посмотрела на него. Ангел жестом подозвал её к себе. Девочка послушно подошла и взглянула на него своими голубыми глазами, в которых отражалось небо с белыми плывущими облаками. В глазах ангела читалась грусть.

- Ева, как бы больно это ни было, но мы должны расстаться прямо сейчас, – сказал он с дрожащей нотой в голосе. – У меня больше нет времени. Если я хочу попасть в рай, то должен именно сейчас воспользоваться данной мне возможностью. Иначе будет поздно.

- Я понимаю, – смогла выговорить Ева, из её глаз хлынули слезы, и она бросилась в объятия своего ангела. Ева не могла так просто его отпустить. Сейчас он совсем другой, но такой родной для неё, и она так привыкла к нему, что не знала, как ей быть после того, когда он покинет её. Ангел словно прочитал мысли Евы.

- Начни жить, как жила до моего появления, – сказал он.

- Но я всё равно никогда тебя не забуду, – и Ева ещё сильней заплакала.

- Не надо плакать. Я буду всегда рядом с тобой, буду знать, где ты и что с тобой происходит, и буду помогать тебе. Ты тоже стала для меня дорогим и любимым человеком, но надо смириться с обстоятельствами и жить станет намного легче. – Когда ангел закончил говорить, на лице Евы уже высохли слёзы. Она смотрела на него с искренним пониманием и любовью. Он ответил ей, и они оба улыбнулись. Затем ангел приложил свои тёплые губы к её лбу, сказал нежное «Прощай» и взмыл ввысь, в голубое небо. Ева ещё долго смотрела ему вслед, не отрывая глаз, и на душе у неё было тепло. Она знала, что Марк навсегда останется в её сердце.

Ещё каких-то несколько шагов, и она вновь будет со своими друзьями. Обрадуются ли они её появлению? Ева бежала по полю с взволнованно колотившимся сердцем. Когда она оказалась на покрытой лужами площадке, то увидела удивлённые грязные лица.

- Ева? – Джо ошарашено водил глазами сверху вниз.

- Да, Ева? – Том сделал не менее удивлённое лицо. – Ты поражаешь нас всё больше и больше. Как тебе это удаётся? Может, научишь меня?

- Ребята, как же я соскучилась! – они радостно обнялись, наполнив смехом футбольную площадку.

- Я была настоящей свиньёй, когда поссорилась с вами, – сказала Ева, всё ещё смеясь.

- Ты что! Настоящие друзья никогда не держат зла друг на друга, – Том дружески хлопнул её по плечу.

- Ты забыл похрюкать, шутник, – поддела его Ким.

- Да, точно, – произнесла Ева, согласившись с Томом и глядя на небо.

- Лови, – Ким передала грязный, мокрый от луж мяч Еве и подмигнула. Та с радостью приняла подачу и, покрутив на пальце мяч, сказала:

- Ну, что? Сыграем?