Минеева Надежда

В БЕЛОЙ ПРАВЕДНОСТИ СЛОВА

 

* * *

А мне бы в небо,

А мне бы ввысь,

И крикнуть мне бы:

«Посторонись!

 

Пусти, зараза,

Ослабь узду! –

Тогда я сразу

В зенит уйду».

 

Но крепко держит

Земная ось –

Калёным стержнем

Душа – насквозь.

 

И рвусь я к свету,

Как пёс с цепи,

И спорю с ветром,

Что шепчет: «Спи…»

 

Воюю с мыслью:

«Забудь про высь.

Стань серой мышью.

К земле пригнись.

 

Тебе не выжить

На небесах.

Взлетаешь выше –

Сильнее крах».

 

И бросив тело

В пыли земной,

Душа несмело

Летит долой

 

И бьётся птицей

В стекло веков,

Стремясь разбиться

О сталь оков.

 

Последним стоном

За ту войну

Закон Ньютона

Я прокляну.

 

Очнусь, да поздно.

Ну что за жизнь?

Вот если б к звёздам…

Вот если б ввысь…

 

* * *

И чему же я так рада – не понять.

Солнце село, солнце встало – благодать!

Часто слышу: «Ах, бедняжка! Ты держись»

Только мне по вкусу, знаешь, эта жизнь.

Пусть без злата и без денег, но без слёз,

И куда потратить время – не вопрос.

Сколько в мире удивительных чудес,

Всё моё: трава и речка, луг и лес.

Для меня – друзей счастливых голоса

И ребёнка удивлённые глаза,

Для меня зима рисует серебром,

И весна ласкает солнечным теплом.

Я свободна от привычек и страстей,

Предрассудков и непрошенных гостей.

От обиды, сплетен, зависти и лжи

Затворю я на засов врата души.

Что ж я рада – в самом деле, не понять.

Солнце встало, солнце село – благодать!

 

* * *

В белом облаке зимы

Растворился мир уставший,

Схоронясь от кутерьмы,

Мирно дремлет лист опавший.

 

В белом мареве снегов

Спрятавшись от непогоды,

Солнце спит так глубоко

В колыбели небосвода.

 

В белой девственности снов

Затаилась жизни жажда,

Той, что сквозь оковы льдов

Путь пробьёт себе однажды.

 

В белом кружеве ветвей

Луч фонарный заблудился.

Звёзды ярче – ночь длинней.

Лунный свет в сугроб пролился.

 

От морозца чуть дыша,

В сердце стих закрался снова,

Но безмолвствует душа,

В белой праведности Слова.

 

* * *

Насмешница-судьба со мной играет в прятки,

Покажется и вновь исчезнет без следа,

И лишь немого призрака остатки

Стекают с рук, как вешняя вода.

 

И не ухватишься, за хвостик не поймаешь,

И рассмотреть успеешь не всегда,

А он зовёт, зовёт, а ты не знаешь,

Зачем зовёт, к чему зовёт, куда?

 

Не знаешь, но идёшь, не в силах оторваться

Глазами от звезды, что светит впереди.

Она не даст тебе в тени остаться,

Твоя звезда. Иди же к ней, иди!

 

Толпа

 

Толпа пуста,

Нет ни души в толпе,

Но так густа

Толпы бесплотной тень.

 

И я в толпе –

В пустыне без воды.

Толпа – в песке

Колючие кусты.

 

Немы толпы

Шальные голоса,

Толпы слепы

Раскрытые глаза.

 

Толпы туман

Не мягок и не твёрд,

В нём свет – обман,

И ночи мрак им стёрт.

 

Оазис мой

В пустынной толчее

Ищу, душой

Пронзая бытие.

 

И сердце зрит

Сквозь жизни суету.

Стучит, стучит

В немую пустоту.

 

Время

 

Замерла последняя секунда,

незаметно звук часов растаял.

Жизнь мою, так медленно и нудно

неподвижность залила пустая.

 

Скомкались века в одно мгновенье…

Годы растянулись в бесконечность…

Время, растекаясь по вселенной,

Этот миг преобразило в вечность.

 

Где же та секунда затерялась?

Та одна, что называлась мною?

Что для бытия такая малость? –

Миг волненья в вечности покоя.

 

Время за секундою минуту,

Год за днём в историю слагает.

Замерло мгновенье, и как будто

Целый мир навеки замирает.

 

Но когда в безмолвии вселенной

Маятник судьбы моей качнётся.

С одного ожившего мгновенья

Вдруг всё время заново начнётся.

 

* * *

Я всё никак не успокоюсь,

Не стихну, не остановлюсь.

Жизнь – ошалевший скорый поезд,

Промчит сквозь радость, боль и грусть.

 

Промчит сквозь будни и заботы –

В глазах рябит от пестроты:

Мелькают дни, мелькают годы,

Мелькают люди и мосты.

 

От скорости сжимает сердце.

Постой, мгновение, постой!

Но не успеешь приглядеться,

А уж пейзаж опять другой.

 

И всё вдруг в прошлом исчезает,

Потом попробуй-ка, найди.

А взгляд легко воспринимает

Лишь то, что манит впереди.

 

* * *

Я сама себя совсем потеряла,

Раздарила, раздала, разбросала,

Чужой жизнью жила, не тужила.

А свою на потом отложила.

 

Проявить себя во многом пыталась,

Лишь на главное меня не осталось.

Разменялась на дела и заботы,

Только вдруг недосчиталась чего-то.

 

Суетой отгородилась от жизни

Так, что жизни оказалась вдруг лишней…

И самой себе уж не интересна.

И в самой себе мне душно и тесно.

 

И теперь мечусь, страдаю, тоскую,

Что сама себя найти не могу я.