Мрыхин Николай

ХРАМ ВЕЧЕРНИЙ


* * *

Играет балалаечка.

Туман — российский смог.

Лежит собака-лаечка,

Свернувшись, подле ног.

 

За речкой — синей веною —

Храм рубленый стоит.

Лет сто ему, наверное,

Такой, как я, старик.

 

На гари — куст не вырастет.

Стою на рубеже.

То ль — ангелы на клиросе.

То ль — демоны в душе.

 

 

Храм вечерний

 

В ночь злую, когда буран рыщет,

Мгновенье — и стекла из рам,

Пытаюсь я на пепелище

Души одинокой, поникшей

Воздвигнуть сияющий храм.

 

Осмыслить пытаюсь былое,

В душе отыскать жар огня,

Ведь билось в груди молодое,

С надеждой, верой, любовью,

Сердечко в груди у меня!

 

Ведь были ж минуты прозренья.

Ужель безвозвратно прошли?

На клиросе светлое пенье

В прощеное то воскресенье

Звучало

И гасло вдали.

 

И эти минуты покоя

Лишь вспомню:

Чуть зрим, легкокрыл,

Безгрешною детскою душою,

Весь мир озаряя собою,

Под куполом голубь парил.

И спит под горою деревня,

И роща

Заснеженно спит.

Лишь храм,

Величавый и древний,

Как будто в минуты творенья,

Янтарной свечою горит.

 

 

Припадаю к истокам

 

Прячет солнце усталое

Луч прощальный в траву.

Моя родина славная,

Лишь тобою живу.

Припадая к истокам,

За ошибки винюсь.

В нашей жизни жестокой

На тебя лишь молюсь.

 

От рутинного быта

В дальний путь соберусь.

В деревеньке забытой

На постой попрошусь.

И с хозяйкой Иринушкой

Над веселым ручьем

Мы споем про рябинушку

И про Стеньку споем.

 

Боль моя и смятение,

Моя радость и грусть,

Ты ковчег мой спасения,

Васильковая Русь.

Как любимою женщиной,

Восхищаюсь тобой.

Быть с тобою завещано

До доски гробовой.

 

 

Поют слепые

 

Поют слепые в клубе сельском,

Держась за руки, встав рядком.

Как вспомню этот хор и песню,

И к горлу подступает ком.

 

Песнь раздвигает все пределы,

Взвивает жаворонком ввысь.

И всё, что в сердце наболело —

Восторг и стон — в одно слились.

Простор и ширь, Руси раздолье!

Прозрачна песня, как слеза.

Поют, как в чистом вьюжном поле

Ямщик усталый замерзал.

 

Поют.

Печаль свою не прячут.

Как слово Божие верша,

Поют.

И хоть глаза не зрячи,

Но ясновидяща душа.

 

 

Памяти деревни Покровка

 

Над Покровкою, бывшей деревней,

Облака сиротливо плывут

Да удмуртов седые поверья

Ветры скорбно, уныло поют.

 

Деревеньки той нет и в помине,

Лишь остался каменный пень.

Быстротечной стремниной времени

Смыло много таких деревень.

 

Жизни ход остановишь разве?

Тут хоть плачь, хоть воюй, хоть моли…

 

А подгнивший ветряк рухнул наземь,

Расплескав свои крылья в пыли…

 

 

* * *

Нине Бортниковой

 

В седую морось, в пору волглую,

В нелегкий час душевной стыни

Гонял чаи в деревне Волково

С поэтом Бортниковой Ниной.

 

Промозглый ветер неустанно

Гнал волны туч из дальних далей.

И пела про любовь Оксана,

И чаем потчевала Валя.

 

Журчал родник беседы тихой

Про жизнь, судьбу, про всё на свете.

Куда-то отступало лихо,

И чуть стихал, казалось, ветер.

 

И становилось чуть теплее

Душе, что многое познала.

И солнце, пламенем алея,

Клонилось к западу устало.

 

 

* * *

Истончился день, истек.

После тропок пройденных

Заварю себе чаек

Духмяной, смородинный.

 

И под трели соловья,

Звонкие, медовые,

Запоет душа моя,

Душенька бедовая:

 

«Что кручиниться, тужить?

Что печалью маяться?

Речка знай себе бежит,

Птаха заливается.

И высокий небосвод.

И веснушки-звезды.

Быть чему — произойдет,

А случилось — поздно

Горевать и слезы лить».

 

Как поет соловушка!

 

И парит седая нить

Над седой головушкой.

 

 

* * *

Солнце рыжее

За дальний холм садится,

Нежно паутинки нить парит.

Никуда не надо торопиться,

Ни о чем не надо говорить.

 

Потянуло холодком от речки,

Небеса окрасились в кармин.

Милая моя, затопим печку,

Деревенский, славный наш камин.

 

Много ли для счастья в жизни надо?

После всех дорог и всех разлук —

Любоваться заревом заката,

Слышать рядом сердца милой стук.

 

Вот уже на небе яркой скобкой

Рядышком с невестою-звездой,

Как она, такой же юный, робкий

Серебрится месяц молодой.

 

Застелю кровать я тишиною,

Притушу сияние звезды,

Милую туманами укрою,

Разукрашу радугами сны.

 

Пусть мгновенье это дольше длится

(Промелькнет — его не повторить).

Никуда не надо торопиться,

Ни о чем не надо говорить.